Городец, 6 декабря 2008 года. Материалы научной конференции. Выпуск 6

Городецкие чтения. Выпуск шестой. Материалы научно-практических конференций VI Городецкие чтения (6 декабря 2008 г.) и II Александро-Невские чтения (27 февраля 2009 г.). — Городец, администрация Городецкого района и Городецкий историко-художественный музейный комплекс, 2009. — 168 с., с илл.

Что есть историческая память? Точное изложение событий прошлого, в котором почти нет героев, а только убийцы и жертвы? Или это — преломление нашего отношения к прошлому, даже больше — наша мечта о будущем?

Если принять последнюю точку зрения, то одновременно с как можно более глубоким и вдумчивым изучением фактической истории, нужно дать ей формальную оценку из настоящего времени — например, сказать, что массовое убийство граждан есть… массовое убийство граждан — то есть совершенно противозаконная акция.

Городецкие чтения. Городец, 6 декабря 2008 года

Первое прямое упоминание князя Александра Ярославича датируется по сообщению Новгородской первой летописи концом лета 1228 года. Ярослав Всеволодович отправился в Переяславль-Залесский из Новгорода, где оставил двух своих сыновей Фёдора и Александра: «Тогда же Ярослав поиде съ княгынею из Новагорода Переяславлю, а Новегороде остави 2 сына своя, Феодора и Альксандра, съ Фёдоромь Даниловицемь, съ тиуномь Якимомь» [Новгородская первая летопись старшего и младшего изводов // Полное собрание русских летописей (ПСРЛ). Т. III. М., 2000. С. 67, 272; Кучкин В.А. Александр Невский — государственный деятель и полководец средневековой Руси // Отечественная история. 1996. № 5. С. 20]. Данное упоминание позволяет поразмышлять об условиях, на которые пришлось детство Александра Ярославича.

Чтобы понять смысл событий 1228 года, в которых так или иначе участвовал юный Александр Ярославич, надо обратиться к их предыстории. Зимой 1224/1225 года владимирский князь Георгий Всеволодович организовал поход на Новгород. Поход был вызван бегством его юного сына Всеволода из Новгорода в Торжок. Туда, в новгородское владение, прибыли владимирский князь Георгий, его брат Ярослав, их племянник — ростовский князь Василько Константинович и Михаил Всеволодович Черниговский. Новгородцы потребовали от Георгия Всеволодовича покинуть Торжок и выражали готовность принять к себе его сына Всеволода [Новгородская первая летопись. С. 64, 268. Бережков Н.Г. Хронология русского летописания. М., 1963. С. 268–269]. В ответ Георгий, недовольный условиями пребывания сына в Новгороде, заявил, чтобы ему выдали 7 человек, грозя напоить коня из Волхова. С новгородцами, желавшими «умрети за святую Софею», но не сдаваться, Георгий Всеволодович всё-таки договорился, что у них будет княжить Михаил [Новгородская первая летопись. С. 63–64, 267–268]. В.Л. Янин считает, что Георгий Всеволодович пошёл на эти уступки, поскольку получил выкуп [Янин В.Л. Новгородские посадники. М., 2003. С. 195]. Не выкуп подразумевается во фразе Новгородской первой летописи: «много имъ пакостивъ, възя у нихъ 7000 новую». Если даже под 7000 можно усмотреть откуп новгородцев, то пакости к нему не относятся. В 1225 году Михаил Всеволодович вокняжился в Новгороде и вскоре совершил визит к Георгию Всеволодовичу. С ним он договорился о компенсации убытков зимы 1224/1225 года: владимирский князь, уходя от Новгорода, сделал много пакостей, изъял «товары» в Торжке и во всей волости. После этого Михаил прибыл в Новгород и заявил о своём уходе [Новгородская первая летопись. С. 64, 268, 269. Бережков Н.Г. Хронология… С. 269].