История города Заволжье неотделима от истории строительства Горьковской ГЭС, в определённом смысле загадочной и в некоторых моментах труднообъяснимой.

Самая длинная плотина в мире для гидроэлектростанции на равнинной реке, имеющая в плане форму буквы Г, длинной стороной тянется на несколько километров вдоль старого русла реки Волги. Такая конфигурация тела плотины вдоль русла реки сразу вызывает вопрос, чем руководствовались проектанты, выбирая столь затратный вариант?

Ведь строительство плотины, к примеру, у г. Чкаловска позволило бы сделать плотину в три раза короче, и соответственно, значительно дешевле.

Почему же был выбран наиболее дорогостоящий вариант и кто же его отстоял?

Тридцать лет назад мне довелось услышать от Ивана Порфирьевича Железова, председателя колхоза «Красный маяк» в Городецком районе, удивительную историю, к которой я отнёсся тогда с некоторым недоверием. Содержание её таково.

Центральный архив Нижегородской области собирает и хранит письма с фронта Великой Отечественной войны. Публикуем одно из них (орфография и пунктуация авторские).

Жужгин Андрей Васильевич. Родился в 1900 году в Городце. С августа 1941 года на фронте, рядовой. Пропал без вести 6 февраля 1942 года.

Письмо Андрея Жугжина 18 января 1942 года

Здравствуй, Поля, и детки Валя и Тамара, шлю вам привет и желаю всего наилучшего в вашей жизни.

Поля, если представится возможность, то передай привет в Желтухино маме и папаше. Мне интересно знать, были ли они у вас, что у них нового, как живут и какое здоровье матери после того, как она вышла из больницы. Если увидишь их, то пусть они мне напишут письмо, дай им адрес. Затем, Поля, сообщи, где Анатолий после выхода из госпиталя, наверное, на фронте. Поля, пиши, как живете вы, я от вас не получил ни одного письма, но вам послал уже много писем, когда еще ехал на фронт, затем из госпиталя и после выздоровления из части.

Я 26 ноября был ранен и находился в госпитале до 27 декабря, а с 29 декабря нахожусь в части в учебном батальоне.

Родился в Городце в 1965 году. Большую часть жизни в нём и прожил. Лет 25 назад пытался даже написать о нём, но получалось не так, как хотелось. Вот выходили такие, например, строки:

Пролетарская площадь молчание хранит,
Когда ночь проплывает рядом с ней по соседству…

Здесь — влияние Розенбаума. И тогда подумал: «Зачем? Надо писать как-то иначе».