Минутин С., Неустроев С. Город Заволжье. От истоков до современности. — Н. Новгород: Издательский дом «Диалог культур», 2011, — 328 с.

Книга является обобщающим материалом серии книг: «Заволжье – 40 лет», «Город Заволжье: версии, слухи, факты», «Неизвестное Заволжье».

Основной задачей, которую мы перед собой ставили, можно считать наше намерение побудить горожан к написанию своих воспоминаний о жизни города Заволжье.

Благодаря нашим первым книгам свои воспоминания о городе написали Ю.К. Тола-Талюк «Опыт присутствия», Павел Маленёв «Пацаны выходят из бараков», А.С. Логичев «Благое и кошмарное», а также вышла книга «Заволжские чтения – 2006». Хорошее начинание всегда полезно продолжить.

В связи со сменой общественного устройства страны и новых ориентиров развития промышленности и сельского хозяйства город пережил массу трудностей. Раньше мы писали, что наш городок устоял. Но к 2010 году стало понятно, что это не факт. На примере нашего города началась новая страница истории России в виде «моногородов».

История нашего города чрезвычайно интересна и в наше время, и для будущих поколений как опыт «выживания» сначала имперского города, вдруг ставшего провинцией при крушении Империи СССР, затем как местного самоуправления вассального, районного подчинения, и, наконец? «моногорода», который некуда и некому «сбагрить».

Сергей Неустроев

Тираж 100 экз. УДК 94 (470.341); ББК 63.3(2Рос=4Ниж.); М–61; ISBN 978-5-902390-19-0
Издание 2-е, исправленное и дополненное

Оглавление

  • Вступительное слово
  • Другу в унисон
  • Предисловие главы администрации города
  • Это было недавно, это было давно…
  • ГЛАВА 1. КАК ВСЁ НАЧИНАЛОСЬ
  • Выводы по главе
  • ГЛАВА 2. ПРИХОД ИЗВЕСТНОСТИ
  • Выводы по главе
  • ГЛАВА 3. НА ПИКЕ ИЗВЕСТНОСТИ
  • Выводы по главе
  • ГЛАВА 4. СТАГНАЦИЯ
  • Выводы по главе
  • ГЛАВА 5. МЕДЛЕННЫЙ ПОДЪЁМ
  • ГЛАВА 6. АРХИТЕКТУРА ГОРОДА
  • Социальная и культурная среда города
  • ГЛАВА 7. МЕДЛЕННЫЙ ПОДЪЁМ (продолжение)
  • Люди и идеи
  • Городская политика
  • Научно-исследовательские работы как фактор развития города
  • Типовые алгоритмы решения городских проблем
  • Заволжье — готовый оффшор
  • ГЛАВА 8. РОЛЬ ГОРОДЦА В МЕДЛЕННОМ «ПОДЪЁМЕ» ЗАВОЛЖЬЯ, ИЛИ КТО КОГО ПОДНИМАЕТ
  • ГЛАВА 9. ЗАВОЛЖЬЕ В СТИХИИ СОВРЕМЕННОСТИ
  • Власть в нашем городе
  • ГЛАВА 10. ЗАВОЛЖЬЕ — КЛАССИЧЕСКОЕ МЕСТНОЕ САМОУПРАВЛЕНИЕ РОССИИ (период 2002–2010 гг.)
  • О нас, грешных
  • Кадры решают всё
  • Заволжье в разрезе становления гражданского общества
  • Заволжье — индикатор общероссийского здоровья
  • О реализации местного самоуправления
  • О системности местного самоуправления
  • О гармонизации федеральной, региональной и местной власти
  • Местная промышленность и местное самоуправление. Взгляд со стороны
  • Литература

Вступительное слово

Как автор-составитель этой книги, я абсолютно не претендую ни на какую истину по поводу высказываемых здесь мыслей, идей, мнений. Я просто живу в этом времени и считаю, что каким бы умным человеком не был краевед или историк, который возьмётся за историю города Заволжья, например, через 100 лет, он всё равно будет знать меньше, чем ныне живущий и самый бестолковый заволжанин.

Жизнь меняется так быстро, что тот холодный город, построенный как аэродинамическая труба, продуваемый насквозь холодными ветрами с водохранилища, ныне помнят только ветераны Заволжья. Новому поколению об этой части нашей истории ничего не известно — потеплело.

Воспоминания о былом остались в заволжском шансоне Олега Зеленова:

«Ветерок по лужам прогулялся,
По Заволжью, по Заволжью.
И от северного ветра задрожали
Заволжане, заволжане.
Нам от тёплых сновидений
Не теплеет всё равно,
А питейных заведений,
Ох, понатыкано полно.
Мы ж живём, надеемся,
Мы ж не пьём, а греемся.

Ныне живущий заволжанин хорошо знает сегодняшнюю среду своего собственного обитания, которая так и останется недоступной для потомков.

Наша жизнь сегодня станет «терра инкогнита» завтра.

Что касается, некоторых исторических экскурсов, то Россия страна огромная, но я её почти всю проехал и прошёл. И поэтому о «язвах капитализма», присущих, например, дореволюционному городу Нижнему Новгороду, могу судить по Забайкальскому городку Борзя нашего времени.

В Борзе, сегодня проживает столько же жителей, сколько было в дореволюционном Нижнем Новгороде, и городок Борзя ещё остался во временах «дореволюционных».

В г. Борзе, произведение А.М. Горького «На дне», написанное о Нижнем Новгороде, и сегодня играет своими неумирающими гранями нищеты, порока и «загнивающего» капитализма. Но лучше всего эти грани по-прежнему играют на Московском вокзале г. Нижнего Новгорода, на его автостанции и других местах, в которые «сбивает» народ тоска, нищета и желание перемен.

Всю «радость» сегодняшнего капитализма, в который мы опять устремились, забыв о том, как большой республиканец, демократ и либерал Наполеон, а затем такой же выборный демократ и либерал Гитлер топили мир в крови, я прекрасно изучил в Москве и Санкт-Петербурге. Скажу лишь, что этот капитализм очень сильно отличается от того, который я видел, например, в Праге (Европа) или Дамаске (Восток). У нашего нынешнего капитализма личико самое что ни на есть звериное и далеко не славянское.

Хочется верить, что миру удастся избежать новой войны. Хотя учебники истории СССР учили, что при прибыли в 300 % нет такой «пакости», на которую бы не отважился капитализм и его высшая стадия - империализм. Нынешняя работорговля в этом контексте, даже не пакость, а так, мелочь. Ещё учебники писали о том, что передел собственности никогда не проходит бескровно. И на сормовские баррикады в 1905 годы вышли потомки тех крепостных невольников, которых вплоть до 1861 года продавали на Нижегородской ярмарке.

Что же касается социализма, то и в нём мне пожить довелось.

Доказать и показать можно всё. Вопрос здесь другой, станет ли наше доказательство аксиомой. Аксиома — это уже почти «чистая» правда. Например, имел место факт продажи крепостных крестьян на Нижегородской ярмарке вплоть до отмены крепостного права. Для тех, кого там продавали — это аксиома и чистая правда, как и для их современников. Такая правда, что даже художники этот факт зарисовывали прямо с натуры, как это сделал художник Лебедев в картине «Продажа крепостных на Нижегородской ярмарке».

Но для ныне живущих это уже теорема. Ныне живущие знают о величине товарооборота этой ярмарки, но совершенно не понимают, «на чём и как делали деньги». Да за красивую крепостную девку даже сегодняшний олигарх другому олигарху Родину продаст, думая о счастье народном. А если не за девку, то за какой-нибудь футбольный клуб со всеми футболистами.

Сегодня для нас, ныне живущих, такое понятие, как «отмывка зелени» (отмывание денег) высшими чиновниками — аксиома. А завтра, когда дай Бог, эти чиновники достроят капитализм, и все мы заживём необыкновенно счастливо, «отмывка денег» перейдёт в разряд теорем.

Тот же сподвижник Петра, его «птенец» Меньшиков сразу же после смерти Мин-Херца умыкнул и разместил в иностранных банках годовой российский бюджет той поры (7,5 млн. руб.), за что и был отправлен в ссылку. Для его соратников — это аксиома, а для нас теорема, так как, позднее нарисовали картину «Меньшиков с дочками в ссылке», в бедной хатке, при одной свечке.

Петровские времена очень сильно напоминают времена ельцинские, а нынешние — екатерининские, при которых Екатерина II освободила всё дворянство не только от государственной службы, но и от любой ответственности перед Российским государством. Две эти царствующие особы породили сегодняшнее «прожорливое» и безответственное чиновничество.

Что касается социализма? Все мы, заволжане, выросли в его оазисе, самом что ни на есть имперском, социалистическом городе Заволжье.

Наш заволжский бард Олег Зеленов написал чрезвычайно интересную песню на эту тему:

«Наша жизнь не светская,
Но течёт размерено,
Улицей Советскою
Да на площадь Ленина.
Мы живём не бедствуем,
Нам во снах летается,
Мы живём соседствуем,
Нам ещё мечтается.
Ильича приветствуем,
и он в ответ — пытается».

Существует такое суждение, что те миры, в развитии которых Высшие сомневаются, дублируются. Видимо, наш мир является именно таким, иначе очень сложно объяснить различные общественные формации в одно и то же время на одной и той же планете: австралийские аборигены, американские индейцы, западный капитализм, советский социализм, а дальше?

Человеку дают возможность попробовать буквально всё, и даже возможность изучать себя сегодняшнего, ныне живущего в разной обстановке и разной среде. Но он этого понимать не хочет, схватит знамя прошлого и носится с ним по улицам, «кошмаря» настоящее. Так и живём, то «туризмом по краеведению», то «краеведением по туризму», то коммунизм строим, то капитализм достраиваем, а то и археологи найдут останки кости на ржавом наконечнике стрелы и восстановят по нему свирепый облик нашего, безвинно павшего предка. А историк выведет резюме: «Вот как жили-то предки, Родину защищали, а мы что творим?», и давай опять стрелы затачивать и друг дружку кошмарить. Видимо, так веселее. Ну, а уж если найдётся ржавый меч былинного богатыря и такой же медный шлем, то исторический восторг бьёт просто через край. Сразу начинается поиск многочисленных костей, которые должны быть на этом месте по определению, и никому в голову не придёт, что может быть жил на этом месте лет двести назад «олигарх», собирающий антиквариат, и местный кузнец по случаю, за бутылку, сотворил ему и шлем и меч. Поэтому летопись лучше сразу писать, как судовой журнал или книгу воинской части: час в час, день в день. Пока ещё живы очевидцы и ничего не надо придумывать.

Заволжье в этом плане город счастливый, очевидцы ещё живы. Поэтому каждый читатель, даже не найдя в книге себя, информацию о себе может добавить, ибо он очевидец и главный житель нашего города, а если с чем не согласен, то и проверить, а как есть (не было, а есть) на самом деле. Ещё есть, у кого спросить. Так ищется истина, которая всегда тяжела для человека, ибо познание её идёт через борьбу с самим собой и другими.

В городе Заволжье ещё очень мало закостеневших опорных точек, под которые можно бы было начать многолетнее строительство логической монолитной структуры. У нас не умер Александр Невский, у нас не был А. Пушкин.

У нас жили-были купцы. Но город на месте их жизни построен новый. Поэтому они и не попали ни в древний Городец, ни в современное Заволжье. Но кое-что у нас есть. У нас есть город Заволжье, в котором, как, например, в Городце, нет явных исторических нестыковок и противоречий, поэтому нам ничего не нужно выдумывать.

У нас жил фотохудожник Горячев, которого смело можно считать достойным продолжателем традиций нижегородских всемирно известных фотографов, Дмитриева и Карелина.

У нас жил, ныне живущий в Москве, художник Разгулин, который Городецкую роспись перенёс на свои картины, и картины теперь украшают как российские галереи, так и зарубежные.

Заволжье дало спорту трёх олимпийских чемпионов и многочисленных чемпионов Мира и Европы. Вышли из нашего города и депутаты Государственной Думы. К гордости заволжан эти депутаты не являлись профессиональными общественниками, а были профессиональными инженерами, что у нас всегда ценилось больше.

Наша история — это история современности. Это и хорошо и плохо. Люди всегда во что-то верят и, прежде всего, в тот видимый мир, который их окружает, при этом они пытаются понять и определить своё отношение к его устройству.

Если есть опыт поколений и сформированная ими городская бюрократия — верить легче. Если такой древней бюрократии нет, а в Заволжье её ещё нет, то верить труднее. Очевидно, что чем ближе представление человека о мире к оригиналу, тем крепче вера. Если объективные законы взаимодействия человека с миром для большинства неизвестны, людям ничего не остаётся, как брать их «с потолка». Именно здесь корни всех грехов и болезней человеческих.

Чего я сам не понимал, о том спрашивал у своего единственного друга Сергея Неустроева. Он штурман гражданской авиации. Он видел значительно больше, ибо почти всё время обозревает всю землю, включая и заморские страны, с большой высоты.

Заволжье может стать очень благополучным городом, если ничего не будет брать с потолка. Вера должна быть в свой город, в его будущее. Просто, пришло время писать о городе и укреплять веру.

Олег Зеленов так определяет эту насущную для нас мысль:

«Все заволжане непреклонны и ранимы,
На Волге есть такая каста у людей…
Вожди уходят, остаются заволжане,
А это, граждане, мне кажется важней…»

Сергей Минутин


Другу в унисон

Особо добавить к тому, что здесь «насочинял» Сергей, мне нечего. Но заволжане, действительно, замечательный народ. Простейший пример. По всей стране власть имущая, реально, губит «социалку». Закрывает социальные магазины, продаёт детские сады, здания детских спортивных школ, комнаты группы продлённого дня и целые школы.

Конечно, чтобы не отстать от «передовых решений и новых веяний», местные заволжские депутаты тоже стремятся соответствовать. Но как это происходит? Такого понимания текущего момента и его продолжения в истории нашей Родины я не встречал больше нигде.

В Заволжье закрывают «детскую молочную кухню», в которую за молочком ходили молодые мамы. Кухонька та стала нерентабельной. Пустяк. По всей стране их позакрывали сотни, а помещения отдали под супермаркеты, магазины и т.д. Но, заволжане, несомненно, умнее. Они отдали помещения «детской молочной кухни» под здания судебной системы. Это буквально величие местного ума. Действительно, если молоко стало дороже пива, то малышей дешевле поить пивом. Но от пива они быстро становятся маргиналами, а значит из всех социальных объектов, в скором времени самым главным станет суд, наш самый справедливый суд в мире. Это тоже история города.

Сергей Неустроев


Предисловие главы администрации города

Предлагаемая широкому читателю книга «Неизвестное Заволжье», несомненно, вызовет живейший интерес не только у жителей нашего города.

Мне было очень приятно оттого, что автор-составитель книги С. Минутин обратился ко мне, как Главе администрации города с просьбой «черкнуть» несколько слов в предисловие к книге. Не всё в этой книге мне нравится, не со всем я могу согласиться, но книга заслуживает самого внимательного прочтения.

Суть власти – в обеспечении равновесия интересов. Государственная и муниципальная служба не безлика. Её всегда осуществляют люди, без которых никакая идея не воплотится в жизнь, никакое дело не тронется с места. В этой связи писатели — это «градусники» страны. Именно писатели видят все глубинные тенденции развития страны из прошлого в будущее, а в настоящем показывают то, что есть.

Если рассматривать наш город в разрезе писательского труда, то самой первой книжкой-брошюрой в которой он упоминается, была брошюра «Городец», выпущенная Городецким районным краеведческим музеем в 1955 году. Следующей, уже добротной, в хорошей обложке и даже с супер – обложкой, была книга «Огни зажглись». Это был сборник очерков о Горьковской ГЭС, изданный в 1957 году Горьковским книжным издательством. Затем, в 1957 году типография «Информэнерго» издаёт буклет «Горьковская Гидроэлектростанция на Волге» с видами нашего города Заволжье.

В основном это были, действительно, хвалебные очерки, отражавшие официальную точку зрения. У официальной точки зрения есть масса плюсов, но только в том случае, если она соответствует действительности, и если нет препятствий для её критики.

В Советском Союзе препятствия были, поэтому вся критика сводилась к слухам и «кухонным разговорам». А пытливые умы краеведов и историков «изводили» себя вопросом: «А как было на самом деле?».

Асимметрию в сознание заволжан внесла изданная в 2004 году издательством «Диалог культур» книга «Заволжье — 40 лет. Версии. Слухи. Факты» авторов С. Минутина и С. Неустроева. Они написали о том, о чём в городе говорили всегда, но никогда не публиковали. Например, о том, как город оказался ниже уровня водохранилища.

Эта книга побудила заволжских писателей «удариться» в воспоминания. Ю.К. Тола-Талюк пишет книгу «Опыт присутствия», П.А. Маленёв — «Пацаны выходят из бараков», Б. Споров заново переосмысливает свои очерки о городе.

Процесс вспоминания истории города оказался настолько захватывающим, что в 2006 году по аналогии с «Городецкими чтениями» музей истории г. Заволжья проводит «Заволжские чтения». На эти чтения были приглашёны: член Союза писателей России Борис Споров, его друг и собрат по юношеским несчастьям, связанным с литературной деятельностью — Юрий Тола-Талюк, а также известные в городе краеведы, писатели и фотографы: С. Климов, Р. Рындин, А. Лохова, С. Горяченко, Л. Беляева, Ф. Агапов и др.

Кроме докладов по истории города, на чтениях были представлены и интереснейшие документы, свидетельствующие о том, что многое из написанного в книге «Заволжье — 40 лет. Версии. Слухи. Факты» является чистой правдой. Документы представил и подарил музею Городецкий краевед В.В. Курбаков.

По факту проведения «Заволжских чтений – 2006» была издана книга «Город и музей. Заволжские чтения — 2006. Материалы литературно-краеведческой конференции». Это было первое официальное издание о нашем городе со времён перестройки (1985 г.), прекрасно иллюстрированное и изданное с согласия Администрации и Думы г. Заволжья.

В 2007 году авторы С. Минутин и С. Неустроев, воодушевлённые новыми фактами, издают новую книгу, систематизирующую историю города. В новой книге «Тера инкогнита. История города Заволжья. Люди, дела, события в версиях, слухах и фактах» уже показано место нашего города в областном, а иногда в федеральном масштабе.

Очередная книга, в некотором роде подводит итог того, что было и открывает мост в будущее. Будущее, которое строится нами. И если мы хотим построить что-то вечное, то не стоит ограничивать ни свой духовный рост, ни тем более рост и поиск других людей. Не нужно пугаться проб и ошибок. Что действительно надо делать — это двигаться вперёд, трудиться и стремиться к благоустройству нашего города.

Читайте и стремитесь творить историю самостоятельно.

Глава администрации города Заволжья (2005–2010 гг.)
С.Н. КИРИЛЛОВСКИЙ


Это было недавно, это было давно…

После крушения Союза Советских Социалистических Республик, та же участь крушения постигла многие малые города и поселения образованные во время его существования. Особенно тяжко пришлось форпостам социализма и людям, которые в них проживали.

Могло ли быть иначе? Вряд ли. Точно такая же участь постигла Империю монгол, занимавшую 5/6 территории Евразии, и Русь — Золотую Орду (татаро-монголию), как часть или Улус Империи монгол, а также Рим, Вавилон, Египет и др. После крушения и заката этих империй остались только города в традиционных местах селения народов, а большинство форпостов было разрушено.

Согласитесь, варварам, крушившим Рим, совершенно не нужны были его дворцы, колизеи, термы и гранитные водоводы. Вот плодородные земли, мягкий климат, питьевая вода и выход к морю — это другое дело. Где всё это было, там города остались, где этого не было, но по приказу жили люди, там не осталось ничего, кроме руин.

С СССР ситуация повторилась абсолютно идентично. Исчезли целые города и городки, посёлки и деревни. Остались населёнными лишь те места, где люди жили из века в век. И когда город гордиться датой своего основания, то на первом и самом почётном месте надо вывешивать портреты отцов-основателей, которые не ошиблись с выбором места, ибо остальные просто прижились в этих местах, как ветки к хорошо посаженному дереву.

Странно, но наш город Заволжье, город, построенный по волевому приказу вождей коммунизма, в рамках объединительной национальной идеи ПЛАНА ГОЭЛРО, будучи, несомненно, городом социалистической культуры, следовательно, чуждым очередному, сегодняшнему, строю, устоял. Пока ещё устоял.

Более того, и для здоровой жизни, земля, на которой стоит город, после пуска ГЭС мало подходит. Но город стоит, народ не дал дёру. Попробуем понять почему?

Наиболее правдивую оценку условий возникновения города на сегодняшнем месте даёт исследователь и патриот Городецкой земли В.В. КУРБАКОВ. Исходя из собранного им исторического материала, следует, что история г. Заволжья неотделима от истории строительства Горьковской ГЭС, в определённом смысле загадочной и в некоторых моментах труднообъяснимой.

В. Курбаков пишет:

«Самая длинная плотина в мире для гидроэлектростанции на равнинной реке, имеющая в плане форму буквы Г, длинной стороной тянется вдоль старого русла реки Волга. Такая конфигурация плотины вдоль русла реки сразу вызывает вопрос, чем руководствовались проектанты, выбирая столь затратный вариант?

Например, строительство плотины, к примеру, у г. Чкаловск, позволило бы сделать плотину в три раза короче, и соответственно значительно дешевле. Так почему же был выбран наиболее дорогостоящий вариант и кто же его отстоял?

Тридцать лет назад мне довелось услышать от ИВАНА ПОРФИРЬЕВИЧА ЖЕЛЕЗОВА, председателя колхоза «Красный маяк» в Городецком районе, удивительную историю, к которой я отнёсся с некоторым недоверием. Содержание её таково.

В соответствии с планом ГОЭЛРО на реке Волге должны были быть построены несколько гидроэлектростанций, в том числе рядом с г. Чкаловск (прежнее название село Василёво), где два гористых берега близко подходят друг к другу. Такое положение берегов позволяло соединить берега реки более короткой плотиной, чем где-либо в другом месте хоть вверх, хоть вниз по реке. Похожие геологические особенности местности были только намного ниже по течению реки — у Жигулей, где позже также была сооружена плотина Куйбышевской гидроэлектростанции.

Как известно, древний город Городец более ста лет назад стал центром, почти столицей старообрядчества. Старообрядцы и выходцы из старообрядцев отличаются своеобразным городецким патриотизмом и ревнивым отношением к истории древнего города. Именно это ревнивое отношение и подтолкнуло городецких патриотов на совершенно конкретные действия, направленные на то, чтобы строительством гидроэлектростанции был дан мощный импульс к развитию именно древнего Городца, но никак не села Василёво. Для этого необходимо было просто «передвинуть» плотину ниже по течению километров на пятнадцать. Но это означало и значительное удлинение плотины, поскольку на несколько километров она должна была лечь вдоль русла реки.

Если руководствоваться только экономическими расчётами, то безусловно, даже обсуждение подобного варианта не произошло бы. Поэтому сторонниками городецкого варианта строительства гидроэлектростанции были взяты на вооружение аргументы и методы иного характера.

В результате, изменение первоначального проектного решения стало возможным из-за вмешательства в 1947 году И.В. СТАЛИНА и лично его волевого решения в определении места строительства гидроэлектростанции именно у города Городец.

Очень помог ему в принятии такого волевого решения АНДРЕЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ ЖДАНОВ, который был одно время в родстве со Сталиным (их дети, дочь Сталина и сын Жданова, некоторое время состояли в браке).

Сам А.А. Жданов в 1929–1934 гг. был секретарём Нижегородского крайкома ВКП(б), активно участвовал в коллективизации страны и был убеждённым сторонником агрогородов, к логическому появлению которых должно было привести дальнейшее развитие Советской колхозной деревни.

Крестьяне в итоге должны были переселиться из хуторов и деревень в крупные поселения со школами и больницами, домами культуры и детскими садами. Из прокопчённых деревенских изб в современные благоустроенные дома с электричеством, водопроводом и канализацией.

Но для скорейшего и повсеместного наступления этого светлого будущего необходимо было дать благой идее реализацию на базе крепкого, передового колхоза. Такой колхоз был в Городецком районе Горьковской области, и назывался он колхозом имени Тимирязева.

Действительно, успехи колхоза были впечатляющими во всех областях сельскохозяйственного производства. Колхоз имени Тимирязева заслуженно пользовался всесоюзной славой и являлся примером для других. Опыт и достижения колхоза широко освещались в прессе и изучались специалистами.

Однако возведение агрогорода являлась такой дорогостоящей акцией, которую даже во всех отношениях передовой колхоз поднять не мог.

Это поняли и московские партийные чины, включая и А.А. Жданова, и самого товарища Сталина.

Строительство агрогорода стало бы возможным, если бы рядом с колхозом развернулось крупномасштабное строительство, а ещё лучше и понятнее, ведь экономика была плановой, если под это строительство можно было задействовать для строительства часть земель этого колхоза. А за изъятие земли, в счёт компенсации, профинансировать из государственного бюджета строительство агрогорода.

Единственной запланированной крупномасштабной стройкой недалеко от колхоза имени Тимирязева, была стройка ГЭС на реке Волга. Правда по плану она должна была строиться выше по течению реки у городка Чкаловск.

Но если плотину расположить чуть ниже по течению, то получалось и плотину построить, хоть и дороже, и будущее советского социалистического села всему миру продемонстрировать.

В этих целях, естественно, необходимая большевистская воля была продемонстрирована в 1947 году Иосифом Виссарионовичем. Сразу же началось проектирование агрогорода в рамках колхозной земли. От границы по реке Белая к центру колхозных земель, было запланировано построить посёлок ГЭСстроя с населением в 20 тысяч человек.

Но в 1948 году А.А. Жданов внезапно умирает, и после его смерти стало ясно, что гарантий финансирования строительства за счёт государственного бюджета больше нет, и что произойдёт простое и безвозмездное отчуждение колхозной земли для строительства посёлка ГЭСстроя. А это был нежелательный вариант.

Впоследствии председатель колхоза имени Тимирязева И.А. ЕМЕЛЬЯНОВ так обрисовал сложившуюся ситуацию: «Одно время нам настоятельно советовали перестроить наши населённые пункты, избавиться от мелких деревушек и создать немедленно крупный посёлок — «агрогород», как его называли. Если бы мы пошли на сселение жителей 36 деревень в одно место, то наши средства увязли бы в строительстве агрогорода, которое потребовало бы непосильных капитальных вложений, и тогда не хватало бы денег ни на сооружение скотных дворов, ни на механизацию ферм, ни на покупку минеральных удобрений, ни на другие неотложные производственные нужды. Да и само сселение, если бы мы это осуществили, вряд ли оказалось бы целесообразным…».

Из приведённых воспоминаний видно, что И.А. Емельянов прекрасно понимал, во-первых, к каким печальным последствиям, без обещанного финансирования привела бы ликвидация всех деревень и переселение их жителей в агрогорода, и во-вторых, передача наиболее плодородных земель для строительства «посёлка ГЭСстроя» с населением в 20 тысяч жителей.

Реализация любого из этих замыслов означала бы гибель знаменитого колхоза имени Тимирязева. Такой финал председателя колхоза, Героя социалистического труда, депутата Верховного Совета СССР, гостя И.В. Сталина на его 70-летнем юбилее, конечно, не устраивал. И он, в конце 1949 года обратился за помощью к академику т. ЛЫСЕНКО, который, вникнув в ситуацию, на приёме у Сталина добился отмены ранее принятого решения о строительстве города на землях колхоза имени Тимирязева.

В результате, в 1950 году город стал строиться на противоположном, правом берегу.

Спустя много лет после рассказа И.П. Железова мне довелось ознакомиться с архивом ЕФИМА ИВАНОВИЧА ЩЕРБАКОВА, деда моей жены. В сороковые годы прошлого столетия он был председателем Ерёминского сельского совета, на территории которого располагались несколько колхозов, в том числе и колхоз имени Тимирязева.

Документы из архива подтверждают, что описываемые события, реализуемые задачи и цели имели место быть. Намерение переселения жителей всех деревень на территории колхоза в один центр подтверждает следующий документ…

Акт обследования и выбора территории для планировки и застройки колхоза имени Тимирязева Городецкого района Горьковской области от 30 июня 1949 года

Комиссия в составе: председателя Ерёминского сельсовета Щербакова Е.И, председателя колхоза имени Тимирязева Емельянова И.А., секретаря партбюро Железова И.П., районного агронома Резчикова И.И., старшего землеустроителя Малина А.И., районного зоотехника Чулкова, участкового врача Хитыяковой Н.Н., инженера отдела по делам архитектуры Облисполкома Малахова Н.В. и инженера архитектурно-проектной мастерской Кожина Ф.И., произвела обследование территории колхоза имени Тимирязева на предмет выбора мест под размещение населённых пунктов указанного колхоза.

В результате проведённого обследования и выявления всех вопросов, связанных с планировкой и застройкой населённых пунктов колхоза, установлено, что в настоящее время колхоз Тимирязева объединяет и включает в себя 31 селение, разбросанные по всей территории земель, находящихся в пользовании колхоза. Многочисленность населённых пунктов и их большая разбросанность, затрудняющие проведение плановых, организационных и производственных мероприятий колхоза, вынудило последний поставить вопрос о создании небольшого количества населённых пунктов и об объединении в них всех прочих селений колхоза путём постепенного переселения колхозников на вновь распланированные селитебные участки.

Необходимость отвода новых селитебных мест вызывается и тем обстоятельством, что пять селений колхоза — Желтухино, Иваново, Ветелево, Вашуриха и Жиховская попадают в зону отчуждения Гэсстроя и в силу этого подлежат переносу на другое место…

О строительстве на территории колхоза нового города упоминается ещё в одном документе.

Пояснительная записка к проекту планировки и застройки селений имени Тимирязева Ерёминского сельсовета Городецкого района Горьковской области

…Учитывая, что по смежеству с центральной усадьбой колхоза разместился новый посёлок Гэсстроя с населением в 20 тысяч человек, который явится основным потребителем сельскохозяйственной продукции колхоза, само направление хозяйства последнего по экономическим и прочим соображениям должно быть приспособлено к удовлетворению потребностей указанного посёлка…

В пользу того, что территория и население города Городец должны увеличиться многократно после строительства гидроэлектростанции, писал и И.А. Емельянов в книге «Колхоз имени Тимирязева» (И.А. Емельянов, В.М. Абатуров, А.А. Калашников, Государственное издательство сельскохозяйственной литературы, М. 1954 год): «Пройдёт ещё несколько лет, плотина соединит оба берега и древний Городец со своим старинным валом и приземистые зданиями прошлых веков вольётся в новый светлый город, один из тех, которыми так богата наша страна, где помнят прошлое и строят новое». Планировалось и строительство железной дороги. Вот что по этому поводу писал И.А. Емельянов: «В ближайшие годы в связи с осуществлением в районе Городца строительства Горьковской гидроэлектростанции правый и левый берега Волги будут соединены плотиной и железной дорогой».

Но строительство нового города на левом берегу не состоялось. Соответственно и железная дорога не была проложена по телу плотины в город Городец.

В руководстве страны изменилось соотношение сил. Кто-то спохватился, что строительство плотины вдоль русла сделало гидроэлектростанцию значительно дороже первоначального варианта. И посёлок ГЭСстроя решено было в целях экономии строить на правом берегу, недалеко от лагерей с заключёнными (основной рабочей силой на строительстве ГЭС) и, конечно, точкой железной дороги.

Вот здесь и сформировался впоследствии город Заволжье».

Вот так! Начатое за «здравие» дело, закончилось «за упокой»! Старинный город Городец потерял всякий интерес к городу, ещё без названия, строящемуся на противоположном берегу.

Справедливости ради надо сказать, что эта история с агрогородом совсем недавно «рассекречена» краеведами г. Городца. Жителям же города Заволжья был более известен первоначальный вариант строительства гидроэлектростанции в районе г. Чкаловск, из которого выходило, что город должен был стоять в районе Урковской горы.

Видимо, присланные на строительство ГЭС специалисты — энергетики с тоской смотрели на выбранное кем-то место, но кем оно подсказано, толком не знали и удивляясь в общем-то очередной «дури», показывали где на самом деле должна была быть электростанция и посёлок энергетиков.

Итак, те кто город породили, очень быстро утратили к нему всякий интерес, хотя, будучи основанным в 1947 году на месте деревни Пестово, новый населённый пункт, вплоть до 1950 года носил название Городец 2. Видимо, для Городца это было почётно. К сожалению, о тех деревнях, которые вобрал в себя строящийся посёлок, фактически ничего уже неизвестно. Пестово, Юг, Сологузово, Бебрихова, Опалиха оказались под водой.

Но два каменных, двухэтажных дома купцов Лапшиных, чудом сохранившихся на ул. Рылеева, могут свидетельствовать о богатстве этих деревень. Кое-что осталось от деревни Сологузово.

Видимо, эти «деревушки» г. Городцу ни в чём не уступали. Более того, за такую древнюю деревню, как Гумнище (недалеко от г. Заволжье), ещё в ХVIII веке судились наследники князя Урусова, ибо царь, по кончине князя, решил прибрать к своим рукам эту, да и несколько других деревенек, с розовощёкими девками и крепкими мужиками, а помогал ему князь Оболенский. Эта деревушка далека от реки, а всё что было рядом с рекой, было буквально на вес золота. Но всё утопили.

Интересна ещё одна деталь, которая может вдохнуть чувство патриотизма в современных заволжан. С.Л. ГОРЯЧЕНКО, в статье «Городецкие фамилии. Лапшины», изданной по материалам V Городецких чтений, 2004 г., пишет: «По семейному преданию, крепостной крестьянин Михаил сильно досадил чем-то своему владельцу, и тот, осерчав, выселил его за пределы села (Городец, прим. Составителя) на оброк. Но Михаил не растерялся. Поселился на перекрёстке дорог и начал зазывать проезжающих отобедать и отдохнуть: «Айда лапшу хлебать!» В меню у него была только лапша, но разная; с грибами, с потрохами, с печёнкой и т.д. И прозвали его за это Лапшой». Так что, первые застройщики места, получившего в дальнейшем название г. Заволжья, были людьми очень не простыми и весьма расторопными.

Горяченко С.Г. пишет о роде Лапшиных так: «Дух предприимчивости, трудолюбие, настойчивость, строгое самоуважение (все они были старообрядцами) — вот те драгоценные качества, которые помогли им стать значительными и уважаемыми людьми своего времени и которые передали они потомкам».

Так что, несмотря на то, что Городецкие патриоты, осерчав на то, что бюджетные деньги «проплыли» мимо и «выселившие» будущий город на другой берег реки, в надежде, что он там и загнётся - городок выжил. У самого городка были свои маяки и ориентиры.

Необходимо отметить роль личности в истории. Ни одному другому политическому деятелю Нижегородская область не обязана так, как А.А. Жданову. В период с 1929 по 1932 год в Нижегородском крае было построено 78 предприятий. В сообщении Госплана СССР говорилось: «Край за годы первой пятилетки выдвинулся на второе место в стране по автомобилестроению и на четвёртое — по станкостроению». Более того, территория дореволюционного Нижнего Новгорода ограничивалась, по существу, лишь одним из восьми районов города — Нижегородским. Но А.А. Жданов не попал даже в почётные граждане Нижегородской области, хотя, возможно, ознакомившись со списком «почёта», он едва ли захотел бы в нём быть.

В этом списке у него только один известный, как и он сам, на весь мир знакомый А.М. Горький. К сожалению, и наш, знаменитый в прежних рамках «Горьковский политехнический институт им. Жданова», берущий своё начало от Варшавского политехнического института, сменил не только вывеску, но и имя, став Техническим университетом им. Р.Е. Алексеева.

Видимо, вечное желание услужить, хоть кому-то, кто пробрался наверх, неистребимо. Это желание носит название «холуйства». Но, что есть, то есть.

Если бы Жданов не умер, то заволжане бы жили в другом месте, и на другом берегу.