Городецкие чтения. Городец, 6 декабря 2008 года

Деревянная игрушка является одним из самых древних видов народного творчества. Как правило, такие игрушки делались внутри семьи. Отец (старший брат) с помощью топора и ножа из деревянной болванки мог легко изготовить простую по форме куклу для маленького ребёнка [Москвин А.Ю. Карабельников Д.В. Народная игровая кукла Нижегородской губернии и Верхнего Поволжья середины XIX – начала ХХ века: опыт интерпретации // Нижегородский краеведческий сборник. Т. 1. Нижний Новгород, 2005. С. 231]. С пяти-шести лет дети делали игрушки сами [Дайн Г.Л. Русская народная игрушка. М., 1981. С. 17].

Покупным товаром игрушка становится в XVII в., во время становления всероссийского рынка. Главным центром игрушечного производства тогда был Сергиев Посад. Как писал крупный авторитет в изучаемой нами области, Н.Д. Бартрам, «Троицкий монастырь, привлекая к себе ежегодно массу богомольцев, постепенно создал вокруг себя торговлю мелкими предметами, которые богомольцы разносили по своим родным углам; развилось, таким образом, и производство игрушки» [Бартрам Н.Д. Игрушки и игрушечное производство // Энциклопедический словарь Т-ва «Братья Гранат». Т. 21. С. 11 (вкладка)]. В XVIII–XIX вв. оно распространилось на значительную часть подмосковных уездов.

Нижегородская губерния по числу игрушечников была на втором месте после Московской [Введенский Д. Внимание художественным промыслам области // Горьковская область. 1939. № 10. С. 38–42]. Объяснить столь высокий уровень развития данного промысла на Нижегородчине можно давним распространением здесь деревообработки, прежде всего ложкарного дела. Ложкари имели прекрасные навыки работы с деревом, а отходы от их основной деятельности давали запас бесплатного сырья. Из бросовых щепок ловкий ложкарь с помощью топора и ножа в свободную минуту мог без труда смастерить для своего ребёнка забавную игрушку. Не отказывался он, естественно, и от заказов односельчан. Когда же ложкарство стало менее выгодным, а город стал предъявлять спрос на детский товар (XIX в.), мастера вообще начали бросать своё прежнее дело и переключаться на изготовление топорно-щепной игрушки. Начиналось, однако, всё с ложек.

Как пишет известный искусствовед А.У. Греков, «появиться подобная игрушка могла лишь с распространением ложкарного промысла, пройдя согласно хорошо известной всем общей классификации три стадии: домашнего производства, работы на заказ и производства на рынок» [Греков А.У. Федосеевская топорщина — расписная игрушка // Народные мастера. Традиции и школы. М., 2006. С. 122]. Правоту маститого учёного подтверждает тот факт, что в Нижегородской губернии первоначальным центром производства топорно-щепной игрушки стал Балахнинский уезд, славившийся своими ложкарями.

Этот уезд делился Волгой на две части. В правобережной части Балахнинского уезда производство игрушек было сосредоточено на территории современного Чкаловского района: в Василёвой слободе (нынешний Чкаловск), селе Новинки и близлежащих деревнях (Сумино, Езелькино, Яковлево, Леденцово, Телячьево).

Местную «топорщину» выделывали из осины и сосны. При этом баклушу (заготовку) кололи на дощечки, которые затем тесали. В ход шли также отщепы и лучинки. Из всего этого добрые руки мастеров создавали коников, кузнецов, меленки и разного рода каталки. Наиболее древним их видом являлись «колёски». Они представляли собой двуглавого коня: две лошадиные морды, вырезанные из одной дощечки и повёрнутые в стороны друг от друга. (Двуглавый конь — один из древнейших восточнославянских символов; он украшал бревно, крепящее два ската крыши, так и называвшееся «коньком»). По бокам к такой дощечке прикреплялись два колёсика. Колёску можно было катать с помощью присоединённой к ней сзади палочки.

Белый деревянный фон игрушки «крапили» концентрическими кругами, полосками, точками («тычками») [Новикова Е.Е., Сорокин И.К. Семёновский сувенир. Горький, 1987. С. 9]. Таким образом, основная поверхность изделия не закрашивалась. Краски ведь были дороги.

Однако во второй половине XIX в. в обиходе появились дешёвые искусственные красители, получаемые из технического анилина или его производных: трифенилрозанилин (синий), фуксин (красный), анилиновый зелёный, анилиновый жёлтый. Балахнинским мастерам особенно полюбился фуксин. В горшок с ним они окунали игрушку целиком, делая её ярко-красной. Колёска такого цвета хранится в Нижегородском музее истории художественных промыслов. Кроме того, цветной фон часто пестрили белыми кругами и полосами, нанесёнными деревянным циркулем и мочальной кистью.

В конце XIX в. в Балахнинском уезде бывшие ложкари начали вырабатывать более сложные игрушки — запряжки коней в тарантасах одиночками, парами и тройками. Местом рождения нового типа игрушки называют Новинки [Игрушка Горьковского края. Загорск, 1933. С. 17] либо Пурех и Леденцово [Новикова Е.Е., Сорокин И.К. Указ. соч. С. 9]. С Леденцовым и местным мастером Н.Н. Шапкиным связывают начало изготовления «пуреховских» игрушек Е.Е. Новикова и И.К. Сорокин [Там же. С. 10]. Шапкин и его сын окрашивали коней в красный, малиновый, лиловый, чёрный цвета. Тарантасы укреплялись на дощечке с колёсами. Упряжкой правил кучер.

В 1920-е гг. основным центром игрушечного промысла на Правобережье стали Новинки. Мастера близлежащих деревень были объединены в Новинскую промартель «Правда». Они продолжали делать «колёски». Игрушка усложнилась: мастера стали изготовлять «колёски» с «вертушками» — крутящимися по бокам «барынями» Интересной задумкой стала каталка с бабочкой, которая хлопала во время движения нарядно раскрашенными крылышками. Мастера артели стали делать игрушечные тележки и в комплект к ним кукол, а также игрушечную мебель — столики, стульчики, зеркала, диванчики, игрушечную посуду [Лукин В. Живи, новинская игрушка! / Знамя. 2008. 24 июля].

В 1950–1960 гг. игрушечный промысел в Новинках начал затухать. На сегодняшний день ни в здешнем краеведческом музее, ни у жителей не сохранилось образцов традиционной местной игрушки. Однако мастера Новинского Центра ремёсел во главе с А.А. Баукиным предпринимают попытки восстановить её облик по сохранившимся фотографиям. При изготовлении игрушки используются анилиновые красители. На заключительном этапе её покрывают лаком.

Подобные игрушки изготавливали и в левобережной части Балахнинского уезда, в Курцеве и Коскове (современный Городецкий район).

Нарядный внешний вид городецким игрушкам придавала довольно сложная технология окраски. Деревянную поверхность грунтовали мелом с клеем, что придавало цвету сочность. Краски использовали природные, чаще всего сажу и киноварь. Роспись завершала сусальная позолота, сверху покрываемая олифой. Кроме карет с конями в Курцеве и Коскове делали тележки и кроватки для кукол. Вырезали (из берёзы) и расписывали здесь и самих кукол. С лицевой стороны они были плоскими, а сзади — объёмными [Некрасова М.А. Городецкие кони // Народные мастера. Традиции и школы. М., 2006. С. 111].

Происхождение этих кукол следует связать с искусством изготовления городецких инкрустированных донец для прялок. Их с конца XVIII в. делали в деревнях, расположенных на берегах Узолы (Курцево, Хлебаиха, Мошкино, Букино, Боярское) [Званцев М.П. Городецкие инкрустированные донца // Записки краеведов. Горький, 1973. С. 155]. Селения эти находились в окружении могучих дубрав. Поваленные ледоходом дубы падали на дно Узолы и постепенно темнели от времени, становясь сине-чёрными.

Морёный дуб был чудесным декоративным материалом. Но достать его из воды было нелегко. Приходилось с пилой нырять и под водой отпиливать кряжик. Верёвкой его вытягивали на берег, раскалывали на четыре части, а потом дома несколько лет высушивали в тени. Сердцевинную часть кололи на дощечки. Их, в свою очередь, доводили до необходимой толщины топором и ножом. Затем из дощечек вырезались вставки для донца: кони, птицы, солдатики. Закреплялись они на донце прялки деревянными гвоздиками («шканиками») [Коновалов А.Е. Городецкая роспись. Горький, 1988. С. 34].

Зачинателем промысла считается Никита Емельянов. Он пришёл в эти места из Красноярска. Поэтому его потомки, прославившиеся как замечательные мастера городецкой росписи и игрушки, получили прозвище «Краснояровых».

В 1870-е гг. городецкие мастера перешли от трудоёмкой инкрустации донец к их росписи. Теперь плоские фигурки солдатиков, барынь, кавалеров зажили отдельно от прялок, превратившись в игрушки. Только вырезать их стали уже не из дуба, а из более податливой берёзы. Но теперь их, конечно, необходимо было раскрашивать. Видимо, первым начал делать эти игрушки, подражая взрослым, двенадцатилетний Федя Краснояров, знаменитый в будущем мастер [Некрасова М.А. Указ. соч. С. 106].

Однако изготовление подобных кукол не превратилось в самостоятельный промысел. В основном городецкие мастера расписывали прялочные донца, а также детские стульчики и каталки. Кукол же делали для потехи детям — своим или соседским. Вырезание игрушек было одним из любимых занятий знаменитого мастера городецкой росписи Игнатия Андреевича Мазина (1876–1942). Однако по воспоминаниям художника А.Е. Коновалова, он их не продавал, а раздаривал.

Коновалов в своей книге дал ценное описание процесса изготовления городецкой деревянной куклы: «Я помню, как принёс он (И.А. Мазин — Ф.С.) в мастерскую кругляки осины сантиметров по 15–20, расколол каждый на две части и сказал «Вот я сейчас кукол наделаю». Сначала он сделал гладкой лицевую сторону этих кукол. Затем полукруглую часть стесал на конус, подправил ножом так, чтобы образовавшаяся дощечка могла стоять. По лицевой стороне карандашом изобразил фигуры прях, женщины с ребёнком, барыни, кавалера и т.д. семёновским острым ножом обрезал фигуры по контуру, а затем расписал и получились куклы» [Коновалов А.Е. Указ. соч. С. 96].

Городецкое красильное дело процветало около 50 лет — с 1870-х гг. до 1914 года. После революции и гражданской войны промысел фактически прекратился [Там же. С. 44]. Благодаря усилиям Д.В. Прокопьева в первой половине 1930-х к нему было привлечено внимание искусствоведов и властей [Бойкачёв М.В., Панфилова Н.В. Личность Д.В. Прокопьева и традиционные художественные промыслы Нижегородского края в период революционных преобразований 1920–1930-х гг.  // Сборник статей. Выпуск I. В трёх веках русской истории: Нижегородский государственный историко-архитектурный музей-заповедник. Нижний Новгород, 2006. С. 87–90]. В 1935 году в старинном центре городецкой росписи, Коскове (тогда эта деревня входила в промколхоз им. Кирова), открылась художественная мастерская. В 1936 году она была перенесена в соседнюю деревню, Курцево. Здесь возобновилась традиционная роспись детских стульчиков, каталок, солонок.

Городецкие стульчики и каталки крепились без гвоздей и клея, в зажим. Коловоротом сверлились отверстия и в них вставлялись сухие детали. При высыхании отверстие сужалось и крепко обжимало деталь. Некоторые детали каталок делались на токарном станке. Стульчики же гнули из тальника.

Как пишет А.Е. Коновалов, поверхность каталок и стульчиков грунтовали обычно фуксином. Его растворяли в кипящей воде, затем добавляли жидкий столярный костный клей. Грунт на белую деревянную поверхность наносили щетинной кисточкой, а донца делали чёрными, покрывая голландской сажей, разведённой на клеевом растворе. После грунтовки сиденье намазывали жидким клеем. А дальше начиналась роспись клеевыми красками. Они готовились из сухих пигментов (сурик, сажа, белила и др.), перемешанных с раствором столярного клея. Для детской мебели и каталок выбирали весёлые рисунки с котами, куклами, барынями (вспомним знаменитый «Пир котов» И.А. Мазина, созданный в 1936 году). Расписное изделие покрывалось варёным льняным маслом. На другой день по сухим каталкам и стульчикам добавляли в роспись «золото» или «серебро» (бронзу или алюминиевый порошок, разведённые в скипидаре и масляном лаке). У каталок могли, например, позолотить головки ножек [Коновалов А.Е. Указ. соч. С. 125, 126].

В мастерской промколхоза им. Кирова работали легендарные мастера городецкой росписи: И.К. Лебедев, И.А. Мазин, Ф.С. Краснояров. Промысел имел все возможности для успешного развития. Однако в 1937 году промколхоз имени Кирова был разделён на три самостоятельных хозяйства. Художественная мастерская оказалась в ведении промколхоза «Стахановец», руководство которого переориентировало художников на окраску токарной посуды. Но на мелких токарных изделиях традиционная городецкая роспись с её крупными формами и широкими мазками смотрелась не очень хорошо. После перевода художников с клеевых на масляные краски и ряда неудачных экспериментов, правление «Стахановца» разочаровалось в городецкой росписи. Оно пригласило хохломичей и стало насаждать хохломскую технологию и орнамент, что претило местным умельцам [Там же. С. 136–138]. В итоге после начала Великой Отечественной войны художественную роспись в «Стахановце» вообще прекратили. Игрушки продолжали делать только старые мастера. Так, Ф.С. Краснояров, находившийся уже в преклонных годах, вырезал игрушки (барынь, солдат, всадников, животных, кур, петухов) из фанеры, а потом раскрашивал с обеих сторон [Там же. С. 108, 109].

Возрождение традиций городецкой росписи связано с именем художника А.Е. Коновалова, благодаря которому после объединения колхозов «Стахановец» и имени Кирова в 1951 году была выделена как самостоятельная производственная единица промысловая столярно-мебельная и художественная артель «Стахановец». Она разместилась в Курцеве. В 1960 году её преобразовали в фабрику «Городецкая роспись», а в 1965 году объединили с городецкой фабрикой имени 20-летия Октября, сохранив название «Городецкая роспись».

Большую помощь народным мастерам Городецкого района по созданию новых образцов детской мебели и игрушки оказали учёные из НИИ художественной промышленности, прежде всего В.М. Вишневская, деятельно сотрудничавшая с председателем артели А.Е. Коноваловым [Коновалов А.Е. Указ. соч. С. 165–166].

Под руководством В.М. Вишневской в 1960 г. художником Е.И. Воронцовой были созданы замечательные изделия «Конь-качалка» и «Петух-каталка». С удобными сиденьями, усыпанные крупными городецкими цветами на чёрном фоне, они были чудо как хороши и выпускались затем в течение нескольких десятилетий [Некрасова М.А. Городецкие кони. С. 396. Цветное фото изделий см.: Коновалов А.Е. Указ. соч. С. 184]. Е.И. Воронцова, а также другие художницы НИИХП (З.А. Архипова, А.В. Бабаева) регулярно проводили в Курцеве выездные творческие семинары. Они привозили из Москвы разработанные ими проекты новых изделий, сконструированные специально для городецкой росписи: детские мебельные гарнитуры, скамеечки, табуреточки, каталки, сундучки для игрушек [Коновалов А.Е. Указ. соч. С. 181].

Что касается самих игрушек, то в 1967–1968 гг. под руководством московского искусствоведа М.А. Некрасовой проводилась большая работа по возрождению городецкой игрушки. Художница Е.И. Воронцова в содружестве с резчиком М. П. Никольским воссоздали её традиционные образцы: изящные тройки, цветных коников на колёсиках [Некрасова М.А. Указ. соч. С. 396, 397]. Однако в массовое производство они пущены не были, в связи с малой рентабельностью. Игрушки в стиле старого Городца изготавливались в основном для выставок [Коновалов А.Е. Указ. соч. С. 185]. Чаще всего это кони на колёсиках, запряжённые в возки или кареты [Цветное фото см.: Коновалов А.Е. Указ. соч. С. 188].

Самым известным из городецких игрушечников второй половины ХХ века был Тимофей Фёдорович Краснояров (1904 1985). Он внёс немало нового в традиционную топорно-щепную игрушку. В частности, искусно сочетал токарную обработку формы с ножевой резьбой. Мастер разработал уникальные движущиеся композиции с использованием музыкальной шкатулки — «Городецкий перепляс» и «Кадриль» [Цветные фото см.: Некрасова М.А. Народное искусство России. Народное творчество как мир целостности. М., 1983. С. 58, 61]. Ещё одна его известная композиция — «Развод солдат». Солдаты в ней закреплены на раздвигающихся дощечках. Одним их движением можно перестроить бравых воинов из одной шеренги в три ряда. Делал Краснояров и традиционных городецких коней, запряжённых в возок тройками или одиночками. Славились также Краснояровские топорно-щепные ярко раскрашенные плоские куклы [Некрасова М.А. Указ. соч. С. 112, 113].

Что касается нынешнего ассортимента топорной игрушки фабрики «Городецкая роспись», то он достаточно широк. В выпущенном в 2008 году красочном каталоге продукции предприятия топорно-щепная игрушка занимает 46 позиций. Среди них и классические произведения мастеров прошлого — «Развод солдат» Т.Ф. Красноярова, «Красноармеец» М.П. Никольского. Ча¬ще всего нынешние городецкие игрушечники, как и их предки, воплощают в дереве коней. Следующий по распространённости герой современной городецкой деревянной игрушки — это кот. Любят городецкие мастера изображать и петухов. Петухи, как и кони, чаще всего представляют собой каталки. Не забыта нынешними Городецкими мастерами и плоская щепная кукла — барышни-красавицы и парни с гармошками [Цветные фото игрушек фабрики «Городецкая роспись» см.: Драгоценное наследие Нижегородского края — городецкая роспись. [Каталог, 2008]].

В целом можно говорить о том, что традиции балахнинской топорно-щепной игрушки сохранены.