У земли есть свои тайны. Сокрытые в недрах, затерянные в бескрайних просторах, они ждут своего часа. Очень часто эти тайны скрываются рядом с нами или даже не скрываются — просто мы не замечаем того, что нас не интересует. Есть затерянные, легендарные уголки — заповедные места, Берендеево царство. А есть обычные, на первый взгляд, ничем не примечательные места. Лишь обилие чудесных сказаний и легенд указывают на тайну.

Есть такое чудесное место и в Городецком районе, в деревне Сухаренки. Стоит здесь деревянная церковь, которой перевалило за два с половиной века. Само по себе это очень интересно, но самое интересное — невидимо, непредсказуемо, непередаваемо. Возле церкви стоит часовенка, дверь на замке, а за дверью — камень, меловой известняк. Камень этот чудотворный, исцеляющий.

Церковь освящена во имя святого Георгия Победоносца, в просторечьи — Егорьевская. Не смотря на свой возраст, здание церкви кажется крепким.

От Городца до Сухаренок 34 километра. Дорога хорошая — на автомобиле добраться недолго. Окружённая заснеженными полями и уже давно не густыми и не дикими лесами, таится деревушка в людском забвении, как Китеж в Светлояре. Забвение и неизвестность — лучшие часовые и защитники.

По дороге подсадили к себе в машину мужичка, возвращающегося с рыбалки, спросил:

— Знаю деревню-то эту. К кому вы?

— Церковь хотим посмотреть, — отвечаем.

— А-а-а, — протянул мужичок, задумался, а потом добавил. — Камень там есть волшебный. Говорят, по Волге приплыл. Его с того места не раз перетаскивали, а он вновь возвращался, сам приползал. Лечебный камень.

Сказка — ложь, да в ней намёк… С детства народная мудрость влагает нам в уши стремление не рубить с плеча, не отмахиваться от нелепых небылиц. Что-то кроется за ними важное, если «небылицы» живут веками, переходя от поколения к поколению. Чувствует народ невидимые столпы, непостижимый фундамент всей своей жизни, а если фундамент разрушен, то и жизнь рушится.

Вот маячит вдалеке колокольня. Подъезжаем поближе — большой разрушающийся храм из красного кирпича. Возле него полузапущенное кладбище. Где-то урчит трактор. Дорожки протоптаны. Вроде бы и жизнь есть. Но как пища без соли пресна и не вкусна, так и жизнь без Бога, без памяти о предках теряет осмысленное содержание. Храм ещё не разрушился, не разрушилась и нравственная основа в народе.

Вот и Сухаренки. На пригорок вразнобой карабкаются дома, а над ними радостной синевой царит Егорьевская церковь. Тишина, покой и древность. Это чувство не разрушают ни шум проносящихся по дороге грузовиков, ни столбы, несущие линии электропередач, ни новые постройки современного вида. Здесь изначальность, здесь то, на чём Россия держится.

И легенды, и быль в этих местах удивительны. Не знаешь порой, что чудеснее. В 1954 году церковь загорелась от молнии. До воды было далеко. Тогда огонь затушили только что надоенным молоком. Казалось бы, что может быть ценнее для крестьянина, чем хлеб, молоко — оказалось, что ценнее Бог. И молоко возлили, как на жертвенник пред лицом Всевышнего.

Церковь в Сухаренках простояла, несмотря ни на что, два с половиной столетия, пережила религиозный геноцид, устояла в природном катаклизме и сейчас выходит из безвестности. Разверзаются глубокие воды Светлояра: после бурь и смятений возвращаются народу его святыни.