Образ Городца во многом определяется наследством, оставленным эпохой бурного развития русского капитализма XIX– начала XX вв. Именно в это время Городец приобрёл своё особое лицо среди прочих населённых мест Нижегородской губернии, став купеческим городом, хорошо известным на всей Волге.

Памятник купечеству России в Городце
Памятник купечеству России
в Городце


Памятник городецкому купечеству. Проект
Памятник городецкому купечеству (проект)

Уже в начале XIX века село Городец являлось крупным торгово-промышленное населённым пунктом, жители которого почти оставили крестьянский труд. Хотя формально Городец был центром Городецкой волости Балахнинского уезда, в реальной жизни он всё более и более приобретал черты города. Так путеводитель «Волга от Твери до Астрахани» (1862 года) сообщал: «Городецкие жители занимаются выделкой кож, печением пряников, куют якоря, гвозди, подковы, сошники. Бьют льняное масло, красят пряжу и холсты, плотничают и на собственных судах перевозят хлеб с низовых пристаней к Рыбинску. Многие из них торгуют хлебом, железом, кожами, холстами, пряжей и деревянной посудой, которую крестьяне выделывают в огромном количестве. В Городце бывают очень многолюдные базары, зимою по субботам сюда съезжаются до 7000 человек».

Лапшин М.П. старший
Лапшин М.П. старший

Лапшин М.П. младший
Лапшин М.П. младший

Облаев П.Ф. старший
Облаев П.Ф. старший

Облаев И.П. младший
Облаев И.П. младший

Овчинников П.А.
Овчинников П.А.

Рязанов И.П. (слева)
Рязанов И.П. (слева)

Сотин О.К.
Сотин О.К.

Главной кормилицей городчан испокон веков была матушка-Волга, а также собственное трудолюбие и предприимчивость. Волга играла огромную роль в развитии русской торговли и судоходства. И этим обстоятельством выгодно пользовались местные жители. Городецкие плотники спускали на воду лёгкие и красивые расшивы, на которых местные «судовщики» подряжались перевозить по Волге дорогие ярмарочные товары. Самые бедные мужики шли в бурлаки — «тянуть лямку», но кому-то из них со временем удавалось самим стать владельцами расшив. Судовой промысел был весьма распространен среди крестьян Среднего Поволжья, особенно в так называемом Побережье, — местности по правому берегу Волги, примерно от Балахны до Пучежа. Входило в этот район и село Городец с его округой.

Средства, заработанные на «судовом промысле», помогли городецким предпринимателям в будущем освоить постройку пароходов и барж. Во второй половине XIX века Волгу охватил настоящий пароходный бум. Спрос на быстроходные буксирные пароходы и баржи неуклонно рос и сулил волгарям огромные прибыли. Наконец, отмена крепостного права в 1861 году дала «зелёный свет» кипучей энергии первых пореформенных предпринимателей — вчерашних крестьян, многие из которых сумели выбиться в люди и крепко встать на ноги.

Огромные капиталы, нажитые местными купцами на хлебной торговле и судостроении, всего за несколько десятков лет превратили Городец в настоящий купеческий город.

Всё городское хозяйство Городца (водопровод, канализация, телефон, пожарная команда), народное образование (школы и реальные училища, библиотеки), медицина (богадельни, больницы, фельдшерские пункты), культура, строительство и т.д. существовали на пожертвования городецких купцов и промышленников.

Вдоль Волги, по современной улице Горького и спускающимся к ней съездам протянулись здания торговых рядов, амбаров, лавок, магазинов. В нагорной части села выросли целые улицы богатой купеческой и мещанской застройки. «Нижегородские губернские ведомости» в № 18 за 1896 год писали: «По внешнему благоустройству Городец далеко перещеголял свой уездный город Балахну. В верхней части села есть улицы, которые оказали бы честь любому уездному городу, мощёные и даже освещаемые фонарями, обставленные домами городской постройки, принадлежащими местному купечеству».

Городецкие купеческие компании располагались на Каспии, Арале, в Средней Азии и Сибири.

Увы, расцвет купеческого Городца оказался недолгим. Октябрьская революция 1917 года повернула развитие страны совсем в другую сторону. Началась активная политика ликвидации купечества как класса. Справедливости ради заметим, что неприязнь к богатству, к частной инициативе была в России всегда — недаром говорили: «Трудом праведным не наживешь палат каменных». Так в народном характере причудливо сочетались подобострастное заискивание перед богатыми «хозяевами жизни» и одновременно ненависть к богачам-»мироедам». Но радикализм большевистских преобразований превзошел все мыслимые границы.

Всего за несколько лет Советская власть разрушила то, что копилось и пестовалось десятилетиями. Буржуазия была объявлена чуть ли не врагом народа, против которого началась самая настоящая война: необдуманная и несправедливая национализация имущества, лишение избирательных прав, принудительная трудовая повинность и т.д. В годы нэпа, правда, частной торговле и предпринимательству вновь дали свободу, но недолго. Уже в конце 1920-х годов началось новое «закручивание гаек», и с русской буржуазией было покончено навсегда.

Купеческие династии прервались. Сами бывшие купцы и их дети, опасаясь репрессий, вынуждены были скрывать своё происхождение и уезжать из родных мест. К середине XX века, казалось, уже мало что напоминало о купеческом прошлом многих городов и сёл центральной России. В домах бывших купцов разместились советские учреждения. Старые названия улиц были заменены на новые — революционные. Наконец, на улицах и площадях установили памятники вождям мирового пролетариата. Однако жизнь не стоит на месте. И в начале XXI века история купечества вновь кажется нам интересной и поучительной.

По своему происхождению купечество было неоднородно. В Москве и в ряде старых русских городов жили именитые купеческие фамилии, имевшие веками устоявшиеся традиции. А вот в глубинке было много разбогатевших крестьян, записавшихся в купеческое сословие совсем недавно, в конце XIX столетия. Особую категорию русского купечества составляли старообрядцы. Их облик и образ жизни особенно резко контрастирует с нашим стереотипным представлением о купцах. Староверы были людьми строгими, трезвыми, богобоязненными, они не пускали на ветер нажитое их предками богатство, а усердно его копили и преумножали.

В истории городецкого купеческих фамилий есть много интересных страниц. Одни оставили по себе память своим богатством. Например, Облаевы, Сотины, Шадрины, Митюковы, Лапшины, Лемеховы отстроили красивые и добротные дома, украшающие город и поныне. Другие, в частности И.А. Нозринский и И.К. Лазутин, вписали свои имена в историю исключительной благотворительностью и меценатством. На щедрые купеческие пожертвования содержались земские школы, гимназии, богадельни, приюты. Кто-то прославился как талантливый заводчик или фабрикант: владельцы механических заводов К.В. Кузнецов и Рязановы, судостроители братья Дерюгины и Я.К. Колов, пряничники Бахаревы и многие другие. Были среди нашего купечества и люди высокой культурой, к числу коих в первую очередь стоит отнести П.А. Овчинникова.

Пётр Алексеевич Овчинников (1843–1912) был богатым хлеботорговцем и пароходчиком, но прославился своей огромной любовью к отечественной истории. Будучи старообрядцем, он всю жизнь посвятил собиранию старинных русских книг. При этом важно то, что П.А. Овчинников был не просто собирателем старины, а подлинным её знатоком и ценителем. Его имя было хорошо известно ученым и библиофилам.

По воспоминаниям современников, это был настоящий интеллигент. Журнал «Церковь» незадолго до его смерти, в 1911 году писал: «По своей начитанности в древнеотеческой письменности, знанию церковной истории он — необычайный человек. У него богатейшее сокровище ценных рукописей и редкостных экземпляров старопечатных книг». Коллекционер П.П. Шибанов вспоминал: «Пётр Алексеевич Овчинников всё время пополнял своё образование, дружил с учёными. Нередко, будучи в Москве, ходил в Румянцевский музей за справками и для сравнения купленного им списка с тем, что находится в музее». В провинциальном Городце Овчинников сумел создать большую и ценную книжную коллекцию, имевшую всероссийское значение. Только рукописных книг в ней насчитывалось более 800 единиц, и самые старые из них были XIV века. Сейчас они хранятся в особом фонде Российской Государственной библиотеки.

На средства купца Сотина в Городце открыли общественную библиотеку. Сотин стал инициатором строительства Всесословного клуба с библиотекой, читальней и буфетом.

Полегаев Сергей Геннадьевич
Полегаев
Сергей Геннадьевич

Всесословный клуб, названный впоследствии Народным домом, стал символом благотворительной деятельности городецкого купечества. Поэтому именно на площади у Всесословного клуба на средства нынешних благотворителей и меценатов, среди которых Международный Демидовский фонд, установили памятник российскому купечеству.

Автор памятника — московский скульптор Сергей Геннадьевич Полегаев из Академии живописи, ваяния и зодчества имени И. Глазунова, член Союза художников России.

— Идея установить памятник, прославляющий купечество, возникла в самом Городце. — Говорит Сергей Полегаев. — Летом 2001 года мы со студентами нескольких факультетов Российской академии живописи, ваяния и зодчества приехали на практику в Городец. Познакомившись с городом, с его жителями, соприкоснувшись с его богатейшей историей, пообщавшись с краеведами и сотрудниками музея, я подхватил и впитал эту замечательную идею — прославить купечество. Пересмотрев старые фотографии, прочитав рассказы о жизни и деятельности городецких купцов и промышленников, я понял одно — это были удивительно достойные люди. Каждый из них, будь то Нозринский или Прянишников, Кузнецов или Овчинников, Сотин или Облаев, достоин памятника. Но поставить памятник каждому невозможно.

Знакомство с историческим материалом, с жизнью и деятельностью славных городецких купцов способствовало созданию собирательного образа, причем такого, в котором прочитывались бы лучшие черты как старых купцов, так и современных, такого образа, который бы постоянно напоминал сегодняшним толстосумам о том, на что направляли свои деньги их предтечи. При помощи пластического решения необходимо было ярко показать именно духовное состояние славного купеческого сословия. Это были люди, которые умели хорошо работать и зарабатывать. Но деньги не складывались в кубышки и сундуки. Сундук — вечный символ накопительства — превращён в символ богатства духовного и щедрости. Оказалось, это не так сложно: сундук должен быть просто-напросто открытым. И помимо денег там ещё хранятся и духовные сокровища. И всё это — для людей, для общего блага.

Мечтой каждого русского купца было создание храма. И вот таким символом воплощенной мечты стал макет храма, который у своего сердца в руке держит купец. Купец шагнул навстречу людям, отдавая им все свои богатства, как материальные, так и духовные. Образ купца, распахнувшего для людей свой сундук с многочисленными накопленными им сокровищами, старающегося потратить деньги на благотворительность, на строительство храмов, зрительный призыв к благодеяниям.

По материалам Городецкого краеведческого музея
и газеты «Городецкий вестник»
за 2002–2003 годы