панорама Николо-Погоста

Древнейшее село городецкого Заузолья основано предположительно в ХII веке. Оно расположено на возвышенном плато с крутым косогором. Под горой — озеро, недалеко — устье Узолы, впадающей в Волгу. В ту сторону открывается живописный вид. Самое раннее упоминание о Погосте — в Писцовой книге Алексея Жердинского, в 1534 году, где говорится, что поселение солидное с деревянной церковью. Она представляла простейший пример русского бревенчатого зодческого храма, с двускатными крышами над молельными залом, трапезной и небольшой папертью. Церковь возводили всем приписным к Погосту миром. Место «Шихан» есть и в Городце и в Николо-Погосте, что подтверждает нашествие монголо-татарских полчищ на село.

«…Лета 7099 (1591) в волости Заузолье всего два погоста да сельцо, 180 деревень, 18 починков, 1 и 1/2 слободки… Слободка Бобыльская, слободка Кулакова у Никольского погоста, а в ней бобыли Алёшка Вертягин, Варыпайка Оврульев, Иванка- плотник и всего три двора. Одно сельцо Спасское на реке Узоле, а в нём крестьянских дворов десять, а людей 16 человек пахаши… А в пусте четь выти, а по приправочным книгам было живуще пол-трети выти Протасьев Щекин на Никольском истоке. Погост Иконникова на реке Чюди (Чудка), а в нём церковь Рождество Пречистое, древена клетцки, а в ней образа, книги, ризы, строение мирское, поп Иван…

Погост Никольский, а на погосте церковь Николая Чудотворца, древена клетцки. И в ней образа, и книги, и колокола, строение мирское, а на церковной земле поп Василий Юдин, поп Постник Дмитриев, проскурня, пономарь, да две кельи, а в них живут нищие и питаются от церкви Божией, пашни церковные паханы, середшие земли…»

Село получило благоприятные условия для развития благодаря официальному учреждению в 1641 году Макарьевской ярмарки.

В начале XVII века в Погосте возвышалось два рублёных храма. В 1635 году по ходатайству Никольского сельского старосты Митки Частомежельского храмы были подновлены, и в них освящено уже три престола. Не прошло и десяти лет как в условиях быстро развивающихся экономических связей сложились предпосылки для быстрого торгово-промышленного развития села. Холодный храм в Погосте был срублен уже шатровым, а тёплая церковь — клетцкой, с отдельно стоящей колокольней. Так возник, как и в других русских землях, погостовый ансамбль.

Значение Николо-Погоста, центра хозяйственной и духовной жизни обширного района Заволжья, к середине XVII века стало ещё более заметным. На площади перед храмами появился «съезжий двор, на нём горница с комнатою на подклетях, пред нею сени, а в подклетях тюрьма, да житный двор огорожен тыном, 16 житниц, сбирается в житницы по московскому отпуску посыльной и стрелецкой хлеб. Рядом стояли и два двора государевых приказчиков, у каждого горница на подклетьях да повалуша, меж ними сени да крыльцо, да баня на режах, да погреб с надпогребицею, да поварня, да ворота створчатые в бревенной же горотьбе». Особняком возвышался государев кружечный двор с ледником, амбарами и пьющей избой.

Кроме церковного причта и государевых целовальников в Погосте жили тогда шесть крестьянских и одиннадцать бобыльских семей. Оторванные от земли бобыли занимались кузнечным и гончарным промыслами, откупали погодно перевоз через Волгу, рубили строевой лес и сплавляли его по Узоле и Волге на торги понизовых городов. Только под «дровяное кладбище» для балахнинских соляных варниц под Погостом был занят луг площадью более 180 гектаров. А зимой в пойме Узолы рубились речные суда, которые по высокой вешней воде перегонялись для продажи в Балахну или Нижний Новгород.

В середине XIX века село Николо-Погост делилось на две части: Николу (или Погост) и Кулаково (или Кулаковскую слободу). У Николы жило богатое и обеспеченное население: торговцы, владельцы барж и пристаней, служители культа, кустари, плотники. Улица за базаром к полю называлась Запрудной. Центральная часть села называлась Погостом (или Николой в честь святого Николая Чудотворца).

Село начиналось с Кулаковской слободы. Кулаковская слобода (сейчас улица Набережная) располагалась на большой горе, или угоре, и представляла собой всего одну улицу, которая заканчивалась Шиханом. На этой улице жил урядник. По рассказам жителей, в Кулаковской слободе жили бездетные крестьяне. Это были, как правило, волгари, матросы, оливы, штурвальные, бурлаки, капитаны, ремесленники, охотники, подрядчики, пастухи.

Свои дома приезжие крестьяне строили прямо на горе, и это указывает на то, что слободские крестьяне земли не имели.

Бурлаки Кулаковской слободы прозвали Николу Чудотворца Николой Безотвязным, который встречал их у Сормова своими куполами и сопровождал до Городца.

Никольское озеро

Под горой Николо-Погоста раскинулось Никольское озеро протяжённостью 4 километра, шириной до 100 метров.

Старица Волги у Петрушина глубиной 6 метров, в других местах — 4 метра, но ещё в начале XX века оно было значительно глубже.

Когда-то озеро через соединялось с Узолой. Через протоку вода из озера попадала в Узолу, а при паводке узольская и волжская вода заходила в озеро, освежая его. Через низину Ирость под деревней Суздалево вода поступала в озеро в другом его конце, а из него вытекала в другое озеро и далее в Волгу. Уровень воды в озере не понижался благодаря ключам, бьющим на дне его и в горе. Вода в нём была питьевой, чистой, приятной на вкус. Водились в нём окуни, ерши, сорожки, щуки и раки.

Во время разлива Волги и Узолы вода доходила до самой горы. У озера есть залив Криулина, о котором рассказывают, что когда-то на этом месте брали глину и песок, отчего он и образовался, а на другой стороне его — обрыв глубиной до 8 мегров. В начале же озера, между двумя его рукавами, находится Бездонка (яма). За озером есть водоём Крестовка.

За Никольским озером до XVII века был лес.

У Петрушина, между двумя оврагами, издавна был извоз — спуск к Никольскому озеру. Зимой на лошадях можно было через замёрзшие озеро и Волгу доехать до самой Балахны и обратно. На извозе, в низине, сельчане обустроили ключик в виде деревянного колодца высотою 60–80 сантиметров, откуда можно было привезти на лошадях чистой питьевой воды не одну бочку. Вода в ключике-колодце постоянно накапливалась.

И сейчас из этих оврагов у Петрушина бьют ключи. Более десятка ручейков из разных мест в низине сливаются в один.

В селе и по престольным праздникам — в летний (22 мая) и зимний (19 декабря) Николин день проходила ярмарка. Торжище устраивали прямо в центре села, на площади, перед оградой церкви. Площадь эта так и называлась Базар или Базарная.

Здесь торговали углём, дровами, игрушками, свистульками, корзинами, столярным инструментом, горшками, кринками, плошками, корытцами, кадушками (липовками), граблями, лыком, мочалом, холстами, верёвками, лаптями, жердями, овощами, грибами, солениями, мясом. Балахнинцы привозили сюда конфеты, печенье, пряники, муку и даже мороженое. Много было лоточников.

Приход был большой, в него входила 61 деревня. И изо всех этих селений прибывали на базар люди. Вся Базарная площадь бывала заставлена тогда лавками местных торговцев и приезжих.

Приезжали на базар на лошадях, украшенных лентами и цветами из Городца, Балахны и ближайших деревень. Для привязи лошадей на площади устраивали специальные перила.

Издавна этот край славился мастерами: резчиками, плотниками, столярами, гончарами, умельцами плетения из щепы и лозы, вышивальщицами, пряхами, ткачихами. Мастера лепили звонкие горшки и кувшины, кирпичники делали добротный кирпич. Были и свои музыканты — гармонисты, гитаристы, скрипачи, балалаечники.

Были и свои торговцы. Лавки у Мохова Дмитрия и Чернавина Александра Петровича и его отца Петра Ивановича считались лучшими. Они торговали мясом, рыбой, мукой, кондитерскими изделиями.

Осинин Капитон Иванович из Николо-Погоста забивал на своей бойне скупленный скот и широко торговал мясом. Торговец Максимычев Дмитрий из деревни Бакунино привозил на базар конфеты, чай, соль, орехи, Шалявин Александр Павлович торговал мясом.

Ворота церковной ограды

Храмовый ансамбль

В XVIII веке Николо-Погост оставался административно-хозяйственным и духовным центром Заволжья. Его приход составлял 440 дворов (жители соседних деревень и починков). Платы за требы и значительные вклады доброхотов позволили верховному причту в середине XVIII века сосредоточить значительные средства и развернуть крупное каменное строительство храмов. Инициаторами работ стали старосты заузольских крестьян Голованов Гаврила и Скрыпин Максим.

13 марта 1752 года балахнинец Иноземцев Михаил взялся выполнять подряд: «За лето изготовить в своём сарае работными людьми и обжечь своими дровами большего кирпича 60 тыс., обожжённаго краснаго 50 тыс., белаго непрожженнаго 10 тыс., с платой по 1 руб. 25 коп. за тысячу».

Подряд был выполнен, и в 1752 году заузольцы на своих лошадях перевезли кирпич в Погост. Храмы начали строить в центре села, куда сходились дороги из округи: из деревень Суздалевой и Бакуниной, из Бурыковой и Коленной, из Старцевой и Щекиных Гор.

Деревянный шатровый храм Спасо-Преображения разобрали и стали возводить храм ярусного типа. К моленному залу с востока примыкал одноапсидный алтарь, а с запада — просторная бесстолпная трапезная палата, перекрытая сомкнутым сводом. Верхний свет поступал из многочисленных окон с килевидными наличниками. Порталы боковых входов имели красивые киотцы.

Строительство Спасо-Преображенской церкви продолжалось 7 лет (с 1753 по 1760 год), после чего те же каменщики приступили к возведению второго каменного (тёплого) храма по типу рубленых, «клетцких» церквей.

Моленный зал и трапезная находятся в общих стенах, каждое пространство перекрыто самостоятельным сомкнутым сводом. Объём моленного зала повышен и перекрыт пологой четырёхскатной кровлей.

Строительство тёплой Владимирской церкви продолжалось также 7 лет (с 1761 по 1768 год).

Жители обсуждали форму будущей постройки, рассуждая так, что знаменитей Никольского собора от Погоста вверх по Волге до Костромы нет, и в этом деле всех им надо превзойти, поставив церковь невиданную, и как диво преудивительное. Она должна вверх взметнуться, как гора Фавор и мечталось им, чтобы была она, как в старину, шатровой, но каменной и более долговечной.

Шатровые храмы запрещены ещё сто лет назад патриархом Никоном, бывшим крестьянином нижегородского села Вельдеманово Никитой Мининым, ставшего в 1652 году патриархом и соборным (ближайшим) другом царя Алексея Михайловича. Патриарх провёл сразу борьбу с обмирщением церковной жизни России, считая, что шатровые храмы не являются каноническими и заодно неудобными функционально, и своим указным порядком запретил их.

Заузольцы желали, чтобы храм Спасо-Преображения видели издалека и привлекал к себе внимание. В соответствии с духом того времени, — это многоярусные сооружения, стоящие друг на друге, постепенно уменьшающиеся восьмигранники, основанные внизу на кубическом объёме. Эта композиционная форма имела также древние прототипы в архитектуре, но теперь, при переходе к каменной конструкции, стены церквей стали украшаться барочными наличниками и другими деталями.

Возможно, прообразом строительства многоярусной церкви в Николо-Погосте послужила Похвалинская церковь в Нижнем Новгороде, построенная в 1749 году. Близка по архитектуре и церковь Покровская в селе Курмыш на реке Суре (1745 год).

Обустроенная расставленными небольшими луковичными главками (пятиглавием) на глухих барабанах ярусная высотная Спасская церковь и, расположенная между ними, колокольня создали красивый архитектурный ансамбль. Сорокапятиметровая трёхъярусная колокольня завершалась стройным шпилем с большим крестом из кипариса. В 1865 году вместо рубленого забора вокруг храмов возвели кирпичную ограду с тремя коваными фигурными воротами, — это был последний штрих в процессе создания ансамбля Николо-Погоста.

Стараниями прихожан и при содействии церковного старосты иконостас в три яруса был вызолочен в 1867 году.

В 1814 году была построена кладбищенская церковь — однокупольное каменное сооружение строгой архитектуры. Церковь расположена за селом, отдельно от основного ансамбля.

И вот поди теперь дознайся: был ли образец у храма Спасо-Преображения в Николо-Погосте или нет?

По речам старых людей, строили храм свои же балахнинские каменщики, которые были на слуху у всей России, и строили они каменные сооружения как в поволженных (поволжских) городах, так и в первопрестольной Москве и новой столице Санкт-Петербурге, где возводили Петро-Павловский собор, здание Адмиралтейства и многие другие храмовые и гражданские сооружения.

Возвращаясь домой, каменщики приносили оттуда не только новые эстетические представления, но и опыт сооружения каменных построек.

Архитектурно-художественный образ храма был возведён на строительном взлёте двух уменьшающихся по высоте восьмериков и завершён куполом. И, чтобы усилить конструкцию верха, мастер-зодчий заложил угловые окна первого восьмерика и, соответственно, окна по странам света. Карнизы, междуярусные тяги и узорные наличники окон выполнены из тёсаного и лекального кирпича. Архаичные формы декоративной обработки порталов, карнизов, оконных обрамлений уходят корнями в ХVII век. Более просто решены порталы боковых входов с кривыми киотцами, выполненные из фигурно-отформованных кирпичиков штучного набора.

К молельному залу с востока примыкает одноапсидный алтарь, а с запада — просторная бесстолпная трапезная. Несмотря на позднейшую частичную перекладку стен трапезной и алтаря, главный объём храма сохранил первоначальные формы и декоративные устройства. Внутри был иконостас и масляная роспись XIX века.

Церковь полностью отделана к 1760 году, и тогда же митрополит Нижегородский освятил главный престол храма в честь Преображения Господня.

Наши деды и прадеды всегда преклоняли свои головы пред иконой Спасо-Преображения, занимавшей видное место в храме. Икона выполнена по железу, где запечатлена сцена из Евангелия, когда на горе Фавор находился Иисус Христос со своими наиболее преданными учениками.

Святыней храма стала икона Нерукотворного образа Спаса. По преданию местных жителей икона Спасителя была перенесена из погоревшей церквушки из сельца Спасское в новый храм села Николо-Погоста. Днём крестным ходом её несли в храм Спасо-Преображения в Погост, а ночью она возвращалась на прежнее место. И так три раза переносили икону, и она снова возвращалась, и увидели в том знак, и возвели в сельце на этом месте часовню. Тогда был писан новый образ Спасителя и николопогостинцы получили своего небесного покровителя.

Большой колокол отливался в Николо-Погосте для звоницы недалеко от церкви, где идёт дорога к деревне Бурково. Лил большой колокол мастер колокольного дела из Балахны Чарыжников в 1871 году.

Никольское озеро и водная гладь Волги были природными резонаторами. И колокольный звон разносился далеко по округе, достигая Сормова и Городца. Особенно славился пасхальный звон, когда колокольный звон с Николо-Погоста перекликался с городецкими звонами.

В начале XIX века на средства прихожан на кладбище за селом была возведена в 1812 году напольная каменная церковь Божьей Матери всех скорбящих. Как большинство кладбищенских храмов, его стали называть в обиходе Всесвятским. У этой церкви даже из Балахны хоронили. Храм построен с примыканием с запада трапезной и колокольни. Это лучший образ провинциальной архитектуры.

Архитектурный ансамбль Николо-Погоста — сорокапятиметровая колокольня со шпилем, многоглавие храма, — над кручей обрыва отражаясь в водах Никольского озера и открываясь сказочным видам с Волги является замечательным памятником мастерства местных каменщиков.

Барский дом

С 1797 года Погост стал вотчиной полководца и дипломата, фельдмаршала Репнина Н.В., а после его смерти, по дарственной перешёл к роду Волконских. В 1809 году село стало владением Волконского Сергея Григорьевича (будущий декабрист). Он передал права наследования своей супруге — Марии Николаевне. После того как Мария Николаевна отправилась за своим мужем в сибирскую ссылку, Николо-Погост перешёл в управление опекуна её грудного сына Николая — отца княгини, героя Отечественной войны 1812 года, командира Нижегородского драгунского полка — Раевского Н.Н.

У Волконской-Репниной М.Н. было два сына: Николай и Сергей. Дед-фельдмаршал Репнин Н.В. обратился к царю Александру I с просьбой передать старшему внуку Николаю его фамилию, а также и всему будущему его потомству. Так Николай Волконский в 27 лет отроду стал Репниным.

Князья Репнины владели Никольским Погостом до 1870 года, о чём можно узнать, прочитав отчёт Балахнинского земства за 1867 год. За князем Репниным числилось 2730 десятин удобных земель и 5149 десятин неудобных (примерно 8 тысяч гектаров).

В 1870-х годах Николо-Погост переходит во владение графини Стенбок-Фермор.

Барский дом являлся типичным образцом дворянской архитектуры той эпохи. Двухэтажное деревянное здание (наверху мезонин), внутри отштукатуренное — с замысловатым расположением комнат, с отделкой. Потолок был украшен бордюром из лепнины, а центр потолка под люстрой отличался более изящной лепниной, на стенах тонкая живопись, рисованная по штукатурке, а в высоком зале на стенах овальные углубления, отделанные лепниной для художественных картин.

Мебель тонкой работы ещё крепостных искусников-столяров имела в каждой комнате свой стиль и цвет. Дом отличался строгостью и благородной красотой. Барская усадьба, огороженная глухим забором, размещалась в старинном парке. Большой художественный вкус проявил безымянный садовод, пробив липовую аллею.

надпись на чугунном кресте:Здесь погребены в 1869 г. священник храма сего Фёдор Степанович Весницкий, в 1870 г. супргра его Мария Алексеевна урождённая Зоринская
надпись на чугунном кресте:
Здесь погребены в 1869 г. священник храма сего Фёдор Степанович Весницкий, в 1870 г. супргра его Мария Алексеевна урождённая Зоринская

Располагался барский дом за южной церковной оградой с большим садом-парком и хозяйственными постройками. Дома служителей культа находились прямо за барским садом. На территории, прилегающей к церкви, до сих пор сохранились их могилы.

Во времена крепостного права полноправным хозяином в Николо-Погосте был бурмистр. Жил он в двухэтажном деревянном доме около пруда.

После отмены крепостного права в селе появился управляющий. Занимал он деревянный дом. В соседнем, тоже деревянном доме, у управляющего была контора. По горе, за конторой, располагались хозяйственные постройки — сараи, амбары, конюшня, кузница. Барский дом и хозяйственные постройки окружал высокий забор.

Напротив барского дома располагался сад-парк, в котором росли сосны, липы, дубы, серебристый тополь, туя, кедры, липовые деревья, а возле дома были разбиты цветочные клумбы. Посторонним входить в этот сад-парк строго запрещалось. Охраняли его собаки и сторож.

Против барского дома был пруд с искусственным островом и причудливой беседкой. Поближе к откосу, на луговине, для барских детей были устроены качели-гиганты, а под горой на Никольском озере были устроены купальни.

Училище

В архивном фонде Канцелярии директора народных училищ Нижегородской губернии, в донесении штатного смотрителя училищ Балахнинского уезда сообщается, что приходское училище в селе Никольский Погост Балахнинского уезда открыто 31 августа 1850 года. Учителями земских училищ были выпускники курса Нижегородского епархиального женского училища и учительских семинарий. Их часто называли народными учителями. Первым таким учителем был Морозов Александр Александрович, который проработал в училище 20 лет. За работой учителя наблюдал священник местной церкви — законоучитель.

«Училище было открыто не только для одного селения, но и для окрестных деревень, как-то: д. Старцева, находится от училища на расстоянии 100 сажень, д. Щекина — на расстоянии 1/2 версты, д. Сельца — на расстоянии 2 вёрст, д. Чередкова — на расстоянии 4 вёрст, д. Чистомежная — на расстоянии 3 вёрст, д. Суздалева на расстоянии 2 вёрст, д. Лосева — на расстоянии 2 вёрст, д. Буркова — на расстоянии 2 вёрст, д. Буйна — на расстоянии 2 вёрст, д. Петрушина — на расстоянии 1 версты, д. Бутакова — на расстоянии 1 версты, д. Потнева — на расстоянии 2,5 версты, д. Митинская — на расстоянии 3 вёрст, д. Сифкова — на расстоянии 3 вёрст, д. Фаладова — на расстоянии 2,5 версты, д. Клепиковка — на расстоянии 4 вёрст, д. Шатаниха — на расстоянии 3 вёрст».

В 1870 году Николо-Погостинское приходское училище было закрыто за неимением средств.

В 1871 году открыто земское училище. Дом под школу был выделен почти даром управляющим имением графини Стенбок-Фермор — Тульским. Общество выделяло на отопление училища 40 рублей, а попечитель Дурашин — 100 рублей на ремонт.

В 1873 году в Николо-Погостинском училище обучалось 28 детей.

К 1880 году земское трёхклассное училище имело собственное здание, при училище имелась учительская квартира. Постройке содействовал попечитель Шильнев П.В., который выделил 300 рублей на здание и приобрёл мебель. Обучала детей М. Преображенская. Учительницей была Вишнякова Анна Сергеевна. Законоучителем был священник Вязовский Александр Андреевич.

Некоторые учащиеся обучались пению причетником Николо-Погостинской церкви, вознаграждения он за это не получал.

Законоучитель получал жалованья 60 рублей в год от земства. Учительница получала жалованья 300 рублей в год от земства. При училище был сторож, который нанимался на счёт местного общества за 2 рубля в месяц. Училище отапливалось за счёт местного общества (около 36 рублей в год).

К 1 января 1888 года учащихся состояло 54 человека (49 мальчиков и 5 девочек). Из них окончили курс только 7 мальчиков.

В учительской библиотеке было 60 книг, в ученической библиотеке было названий — 100, экземпляров — 334, учебных пособий — 16 экземпляров.

В 1891 году училище от общества получило землю, где был разбит сад, имелись грядки, кустарник. При участке была создана пасека из 6 ульев.

В 1892 году император поблагодарил попечителей Николо-Погостинского общества, пожертвовавших земли 350 квадратных сажен для сада при училище, и Балахнинское земство за 150 рублей, назначенных на содержание.

С 1897 по 1910 год попечителями Николо-Погостинского училища были Дурашин Н.Ф., Баранов П.Ф., Селезнёв Я.П., Мохон Д.Н., Горбунов В.И. и Тульский — управляющий имением графини.

В 1883 году на средства графини Стенбок-Фермор и частью на собранные по подписке от населения пожертвования выстроена в Погосте церковно-приходская школа. Школа по назначению была женской, но по числу свободных мест принимали и мальчиков. Здесь учились дети, родители которых хотели, чтобы их дети научились только писать и читать.

Учителями были в основном женщины. Долгое время в Школе работала Виноградова Мария Алекс. Учительницей с 1902 года была Виноградова Надежда Михайловна, кончившая курс в Нижегородском епархиальном женском училище. Её оклад-жалованье — 200 рублей в год из Балахнинского отделения училищного совета.

В 1902 году учащихся было 14 мальчиков и 27 девочек. Окончили курс 5 мальчиков и 4 девочки. В этом году был на ремонт из средств епархиального отделения училищного совета было выделено 100 рублей и из инспекторских средств — 126 руб. 25 коп.

С 1900 по 1906 год в Николо-Погостинском училище работал Раевский Вячеслав Александрович.

После ухода Раевского в училище в 1906 году назначен Распопов Алекс. Николаевич, который проработал в школе до 1920 года. В 1906 году Балахнинский училищный совет ходатайствовал перед земством о преобразовании Николо-Погостинского училища в двухклассное. Только в 1914 году появился второй учитель в школе. Преподавали Распопов А.Н. и Бычков Я.П. В праздничные и табельные дни учащиеся посещали храм и принимали участие в пении и чтении при богослужении. В 1915 году в училище было 58 учеников.

В 1897 году почётный блюститель Николо-Погостинского училища Баранов П.Ф. пожертвовал 25 рублей на библиотеку для внеклассного чтения и волшебный фонарь (проектор) для устройства народных чтений.

Попечителями церковно-приходского училища в Николо-Погосте в разные годы были крестьяне: Дурашин Н.Ф. (1870–1883) и Дурашин Д.И. (1886–1888), Шильнев (1884–1886), управляющие имением Тульский (1888), Баранов П.Ф., Селезнёв Я.П. — почётные блюстители, в 1907 году Мохов Д., с 1911 года крестьянин Сотин А.Я.

Для нового здания чилища нижегородский купец Бугров Н.А. подарил лес, 900 рублей собрали крестьяне, 400 рублей выделило земство, а уполномоченным по строительству здания доля школы был Дурашин.

В 1906 году земское уездное собрание согласилось на преобразование Николо-Погостинского училища в двухклассное. Училищный совет ходатайствовал о передаче в ведение земства сумм, отпускаемых на содержание двухклассных училищ. Обучение планировалось бесплатно.

В 1913–1914 годы снова ставится вопрос на земском собрании о преобразовании Николо-Погостинского училища в двухклассное и об отпуске денег на содержание двухкомплектного училища 560 рублей, так как программа министерская шире земской. В 1914 году на курсы в Нижний был направлен учитель Распопов.

За усердное и ревностное отношение к делу получили благодарности и награды от земства учителя: Троицкий в 1877 году, Преображенский в 1881 году, Раевский в 1898 и 1900 годах.

О здоровье народа

11 мая 1866 года уездное земское собрание обсудило постановление губернской земской управы от 21 января и два проекта нижегородских врачей об устройстве врачебной части в городах и уездах губернии.

В 1866 году в уезде было шесть фельдшеров: крестьянин Малютин И. в Смольковской волости, крестьянин Логинов И. в Больше-Песошинской, солдатский сын Королёв Иван в Вершиловской волости с годовым жалованьем от сельских обществ (первому — 120 рублей, второму — 175 рублей, третьему — 45 рублей 92 копейки). Все они обучались своему искусству в Нижегородской удельной больнице.

Бывший же дворовый Ключников Михаил служил в Катунской волости, обучался в Нижегородской Мартыновской больнице и содержался за счёт землевладельца Турчанинова А.А. с жалованьем 200 рублей в год.

В то время среди населения часто свирепствовала оспа и оспопрививанием занимались в уезде 22 человека, среди них: в Городецкой и Митрофановской волостях — крестьянин Кольцов Иван, в Смолковской — крестьяне Горнухин И., Фролов Ф. и Кормякин И., в Николо-Погостинской волости — Чуркин П.. Оспопрививанию они обучались у своих предшественников.

Учёных повивальных бабок и коновалов в уезде не было. На земском собрании со страстной речью выступил гласный г. Скрутковский, который заявил, что сила государства зависит от здоровья народа. Управа, признавая, что здоровье есть основание человеческого благосостояния, предлагала передать в ведение Балахнинского земства врачебную часть государственного имущества.

В уезде было два врача, которые в определённые числа месяца должны объезжать селения, где есть волостные правления для оказания врачебной помощи больным, а неходячим помощь оказывалась безвозмездно на дому. Этим врачам приходилось обслуживать территорию, простирающуюся на 160 километров. В помощь им выделялось по одному фельдшеру на три волости. Но никто из крестьян не жаловался на нехватку врачей, так как они не испытывали надобности во врачах, а лечились у знахарок.

По ходатайству управы в 1869 году управление заведения императорского воспитательного дома прислало фельдшера Павлова на службу в Балахнинское земство в Кирюшинскую волость.

В октябре этого же года городовой и уездный врач господин Жерар взял на обслуживание Николо-Погостинскую и Кирюшинскую волости.

В 1870 году в Кирюшинско – Николо-Погостинском отделе принято 142 больных мужчины, 119 женщин и 44 ребёнка.

Встал вопрос о необходимости иметь земскую акушерку, хотя бы одну на уезд, и собрание решило назначить ей за выезд три рубля серебром. Акушерку не нашли и пригласили временно повивальную бабку Шигорину, которая просила положить ей жалованье и при этом она брала на себя и оспопрививание, кроме повивальной практики. Земское собрание решило взять Шигорину на службу с жалованьем 150 рублей в год, вместо трёх рублей за выезд. Но при этом было оговорено: не всем повитухам назначать жалованье, иначе многие тогда обратятся в земство.

В 1872 году в Николо-Погосте фельдшера Парфёнова посетило 1449 больных, а в 1873 году — 1492 человека (695 мужчин, 430 женщин и 367 детей). Среди болезней преобладали ревматизм и ломота, лихорадка, катар желудка, нарывы, золотуха и венерические болезни, а также болезни детского возраста. Болезни детского возраста: страдание кожи, кишечного канала, золотуха, корь.

В волости повивальная бабка Наталья Петрова приносила большую пользу неимущим крестьянам. Среди крестьян существовали простонародные названия болезней: вифлеенция — грипп, чемер — радикулит, чахотка — туберкулёз, горячка — воспаление лёгких, кумоха — лихорадка, чёрная немочь или падучая — эпилепсия… Кумохи было до 12 разновидностей: тихая, трясучка, сердитая, злая, упрямая, малая (только губы обметает). Для каждой из них применялся свой народный способ лечения и заговор.

Ануфриев В.М. «Николо-Погост». Хост, масло. 2009 год
Ануфриев В.М.
«Николо-Погост».

Хост, масло. 2009 год

В 1878 году возвратившиеся из Турции солдаты принесли с собой лихорадку и тиф, вспыхнула и эпидемия оспы. На лечение военнопленных турок было израсходовано 264 рубля.

Агрономия в Заузолье

В 60-х годах XIX века весь Балахнинский уезд был разбит на три группы по сбору зерна. Самые низкие урожаи наблюдались в нескольких волостях, и среди них Николо-Погостинская занимала значимое место. Так в 1869 году урожай ржи здесь составил 1,5–2 сам (сам — кратность) с одной десятины. В 1870 году урожай был почти полностью уничтожен градобитиями. То же самое повторилось и в 1885, 1887 и 1891 годах. Не только стихийные бедствия сказывались на урожае, но и малоземелье, трёхпольное ведение хозяйства, агрономическая безграмотность населения и увлечение некоторой части крестьян винопитием.

В 1872 году балахнинское земское собрание постановляет: «… ссылать в Сибирь порочные личности (пьяниц), которые вредят частному общественному благосостоянию и по поступкам своим заслуживают высылки. Решено принять все расходы на земство и ходатайствовать об уменьшении питейных домов…» Но старосты и старшины бойкотировали это решение, боясь расходов.

В 1883 году урожай в Николо-Погостинской волости настолько низок, что не удалось даже собрать потраченного на посев зерна, и в 1891 году неурожай во многих губерниях России, а также и в Балахнинском уезде сказался на продовольственном снабжении населения. Голода в Заузолье не было, так как картофель уродился.

В 1893 году стоял вопрос об общественных запашках, которые необходимо вводить, но в Николо-Погостинской волости за недостатком земель у крестьян этого сделать невозможно. Крестьяне обнищали. Налогов собиралось мало. Из учётных приговоров видно, что из собранных налогов волость уплачивала прежде всего платежи за землю и больше всего недоимок наблюдалось при сборе, главным образом, от не отделения земских сборов от государственных, так как все сборы провёртывались полицией в уплату податей.

В эти годы управа подчёркивала на земском собрании, что по малочисленности земельных наделов и дурнокачественности земли общественная запашка без ценных удобрений не принесёт никакой выгоды. В 1893–1894 годах управой выписано 150 мешков фосфоритных удобрений, который продавался по 50 копеек, между тем их действительная цена была 25 копеек, и всё же население охотно покупало фосфориты. В 1901 году крестьянин деревни Савино Ожигин А. имел опыт удобрения огорода суперфосфатом и чилийской селитрой. Крестьяне стали удобрять местные почвы опилками, богатыми азотистыми соединениями, с лесозавода Дерюгина П.Д. из Нижней Слободы.

С 1898 года земство стало стремиться к улучшению ведения сельского хозяйства и оно возбудило ходатайство перед губернским земским собранием об открытии в Балахне склада для продажи сельскохозяйственных земледельческих орудий и машин. С 1900 года появились агрономические пункты в уезде в деревне Буйно Николо-Погостинской волости, где крестьяне могли взять на прокат одноконные плуги, веялки-сортировки (6 копеек — плата за сутки), за очистку зерна на веялке-сортировке по 2 копейки с четверти зерна. Ручные молотилки шли нарасхват.

С целью приучения местных крестьян к употреблению более усовершенствованных орудий при производстве разных полевых работ стали появляться агрономические пункты: в селе Кирюшино (заведующий — священник отец Гагинский), в деревне Федурино (заведующий — крестьянин Бугров), в деревне Луковкиной (заведующий — крестьянин Остафьев). В начале века появляются прокатные пункты в деревнях Архипихе и Бакунино. Позже на сельскохозяйственных складах появились универсальный плуг-самоход Сакка, сортировка Ребера и Кайзера, американские картофелекопалки. Огородничество, садоводство и пчеловодство считалось в Заузолье подсобным промыслом, в котором заинтересованы отдельные лица и от них требовалась более высокая культурная подготовка.

Земство постановило содействовать улучшению техники местного огородничества. Часть огуречных семян, сельскохозяйственных складов раздавалось бесплатно, а с 1903 года был выписан семенной урожайный картофель «чудо-мира», который приобрёл крестьянин из деревни Бурково, а в 1906 году земством решено было закупить семена ещё в Голландии.

Картофель давал хорошие урожаи в Заузолье, и эта культура была хорошо развита в Николо-Погосте и окрестных селениях. Картофель и кормовую свёклу крестьяне боялись применять на корм скоту, считая их вредными. В 1902–1903 годах несколько крестьян из деревни Бакунино выращивали картофель и скармливали зимой скоту, что боялись делать иные крестьяне. Эти крестьяне категорически заявили, что удой у коров повысился и процент жирности молока не понизился, и они рекомендовали давать корове не более 20 фунтов картофеля в день.

Крестьяне из деревень Бакунино и Щёкино применяли выгон скота на луга. По весне ряд крестьян из этих деревень скупали молодняк крупного рогатого скота, и он выгуливался на тучных низовых лугах до Дрязги (25 км).

Уездный агроном Португалов предложил крестьянам деревни Бакунино, благодаря богатству лугов, применять косилки, жнейки, конные грабли для уборки трав, и крестьяне Осинины и Шалявины стали использовать в числе первых эту новинку для заготовки кормов (сена).

Правильным травосеянием занимался ряд лет крестьянин Потапов из деревни Коновалиха, который при четырёхпольном севообороте сеял клевер и тимофеевку и получил от земства бесплатные семена. За ним потянулись и другие хозяйства, хотя до этого деревня Коновалиха славилась валяносапожной обувью. Земская агрономия стремилась хотя бы в Коновалихе ввести четырёхполье с посевами клевера. Крестьяне сеяли лён и через два года это поле стали использовать под клевер, а затем пар, озимь, снова пар и снова клевер. На основе опытного ведения хозяйства Потаповым из Коновалихи земство рекомендовало крестьянам вводить четырёхполье с посевами клевера, улучшение животноводства и введение машин.

В 1905 году стало функционировать Савинское сельскохозяйственное общество в проведении агрономических начинаний. Для устройства показательных полей на крестьянской земле земством ассигнуется особая сумма на бесплатную выдачу как семян хлебов, трав, так и сельскохозяйственных орудий, удобрений, и даже частично оплачивается труд, затраченный крестьянином этого участка, когда им произведена работа по указанию агронома.

Многие из крестьян Заузолья издавна занимались пчеловодством, но даже опытные из них не имели понятия о рамочных ульях и до 80-х годов XIX века поселяли пчёл в малодоходных ульях-колодах. В 1896 году земство приобрело несколько комплектов наиболее употребительных принадлежностей по пчеловодству с демонстрацией их крестьянам-пчелякам. Крестьяне с Николо-Погоста и деревень Савино, Б. Плесянки, Басурманиха, Коновалиха, Санниково обращались в земство с просьбой отпустить им рамочные улья для приготовления по образцам этих предметов. Пчеляки предпочли рамочные улья системы Левицкого, а не Даяна.

В 1906 году в Балахне оборудовали музей пчеловодства, для пчеляков выписывали безакцизный сахар. Разъездной инструктор по пчеловодству посещал пчеляков в Николо-Погосте и окружающих деревнях по месту расположения их пасек и давал ценные советы. С 1909 года он руководил, помогал перегонять пчёл из колод в рамочные улья, делал искусственные рои, были выписаны украинские матки, чтобы улучшить породу пчёл в уезде посредством раздачи пчеловодам молодых маток, выведенных от украинских семей. В 1912 году для пчеляков в Николо-Погосте была прочитана лекция с демонстрацией картинок по пчеловодству.

С 1903 года земство на льготных условиях распространяло яблони Шилова из Мурашкинского питомника, которые имели значительный спрос. Затем было выписано 300 однолетних яблонь антоновки, боровинки, аниса, которые отлично принялись и имели у населения такой интерес, что к будущей весне земством уже заказано 1000 штук.

В 1904 году уже со склада продавались со скидкой в 50% одно- и двухлетние яблони и ягодные кусты.

Практиковалась выписка присадков яблонь, имелись довольно хорошие крестьянские сады в деревне Коновалихе и в Николо-Погосте.

В 1913 году уездным земством был приглашён техник по садоводству и огородничеству Ганин К.Ф. И крестьяне под его руководством вводили улучшенные приёмы обработки почвы, её удобрения, прореживания и обмолаживания крон плодовых деревьев, осваивали способы борьбы с вредителями. Лучший сад был у Кузнецова в Николо-Погосте.

Плотниками и волгарями край славился

В Николо-Погосте многие рублёные дома насчитывают более сотни лет. Отдельные дома сохраняют фрагменты глухой рельефной резьбы. Дом Мохова — один из самых замечательных памятников нижегородской резьбы, его резные украшения есть в экспозиции Русского музея.

Вплотную приросло к селу Николо-Погосту маленькое Петрушино из полутора десятков домов. И хотя оно давно уже является продолжением улицы Кооперативной, по-прежнему эту часть села называют по-старому Петрушино.

Есть в Петрушине несколько домов, построенных ещё в середине XIX века. Так доме Белякина Фёдора Дмитриевича просматривается дата — «1862».

Его дед, Степан Иванович (1838–1920), построил этот двухэтажный деревянный дом на каменном фундаменте, с окном на чердаке и пристроем к дому — «боковушкой» — на кирпичных столбах. Под боковушкой раньше был тёплый хлев, а теперь дровяник. Дом строили несколько лет, в работе помогали, как в те поры было заведено, родственники и знакомые.

Степан Иванович был отличным плотником и столяром, обучил этому ремеслу и своего сына — Дмитрия Степановича.

резные наличники

Степан Иванович сам вырезал наличники на окнах. Кстати, в Петрушине у него они были первыми. Сделал он и мебель из берёзы — горку, диваны, стулья и прочее. Мебель покрыл лаком. Она сохранилась до сих пор и не потеряла своей былой красоты. Дом этот, что глядится своими окошками на дорогу, заставляет улыбнуться, удивляет творением рук мастеров-плотников.

Соседний дом, в прошлом — дом Бурмистрова Трофима Семёновича, — двухэтажный, деревянный, большой, построенный его родителями в 1857 году. Его младшему брату, Афанасию Семёновичу был выстроен рядом с ним большой, одноэтажный, деревянный, на каменном фундаменте дом.

Резин Фёдор Александрович (Николо-Погост) — плотник

Маликин Арсений Иванович (Николо-Погост) — столяр.

Братья Богдановы Александр, Пётр и Николай Дмитриевичи (Николо-Погост) — имели столярную мастерскую.

Цепицины Пётр Алексеевич и Григорий Алексеевич (Фаладово) — плотники.

Туров Иван Иванович — участник Цусимского морского сражения (в мае 1905 года), награждён тремя Георгиевскими крестами. Имел свою баржу и пристань.

Казанцев Пётр Александрович. Рос без родителей, с 12 лет трудился на Волге: выполнял на грузовых судах разную работу, был и водоливом. Дослужился до капитана. Тянул на пароходах баржи от Астрахани до Рыбинска, был и на Печоре. 40 лет работал капитаном у хозяев-частников и на государственных судах. Имел 13 детей: троих — от первой жены; десятерых — от второй. Жена, Пелагея Ивановна, вместе с детьми плавала по Волге с мужем несколько лет, потом жила в Погосте, вела домашнее хозяйство.

Кокурин Иван Петрович (Николо-Погост) — плотник-корабел. Нанимался строить суда, баржи, пристани. Семья ездила вместе с ним на промысел.

Кокурин Пётр Иванович — сын Кокурина И.П., стал капитаном на пароходе. Братья Кокурины Константин, Анатолий и Александр Петровичи — капитаны волжских судов. Кокурин Анатолий Петрович работал в Городецком затоне буксирных пароходов.

Копылов Алексей Яковлевич — капитан на пароходах, ходил на них от Нижнего до Астрахани.

Креков Иван Васильевич работал на барже, ходил от Рыбинска до Астрахани.

Креков Павел Иванович (1889–1966) служил на пароходе. Женился в Царицыне и остался там после службы. Плавал на барже с женой в районах рыболовных промыслов. Потом приехал в Погост, работал на Узольском рейде.

Мохов Иван Петрович — в мировую войну служил на крейсере «Громобой», потом работал капитаном на пароходе «Кулибинец».

Сотины

В начале XIX века у крепостного крестьянина Кулаковской слободки, что прилепилась на обрывистом берегу у Николо-Погоста, родился мальчик Корнилий.

Надо сказать, что больших утеснений со стороны господ кулаковские крестьяне не испытывали, ведь хозяева жили в Петербурге да ездили по заграницам. Крестьяне в Заузолье обладали относительной личной свободой, могли заниматься различными ремёслами, бурлачить на Волге, строить лодьи, баржонки — лишь плати денежный оброк сполна и вовремя.

Корнилий Сотин бурлачил два сезона, а зимой строил баржонки на Щекиных горах. Топором владел отлично, стал подрядчиком. Выросли сыновья. Корнилий стал строить пристани да сдавать их в аренду, что приносило ему хороший доход. Корнилий Осипович, старообрядец — отличался умом, трудолюбием и предприимчивостью. К концу жизни он стал владельцем 30 пристаней.

После его смерти большая часть недвижимости отошла его сыну Иосифу Корнильеву, который купил в Городце на улице Купеческой землю и построил усадьбу. Сам Иосиф пристани не строил, а сдавал 20 наследственных пристаней в аренду, заимел мельницу, да лабазы, что приносило ему солидные доходы.

Личного счастья у богатого крестьянина не было. Соединить свою судьбу с любимой женщиной — «церковницей» не посмел, родственники не разрешили, хотя был молод, умён, сметлив, богат. Иосиф ослеп в 30 лет и вскоре умер. После себя оставил одного незаконнорождённого ребёнка и большое богатство.

В 1892 году сестра Иосифа Облаева Варвара Корнильевна стала его наследницей, получив 1 200 000 рублей да мельницу у Затона.

Сотин Акиндин и его дочь Анна, 1906 год
Сотин Акиндин
и его дочь Анна,

1906 год

В Городце осталось его прекрасное здание, где сейчас располагается детская поликлиника.

В селе Штатное (теперь — улица Михеева) жили его сестра Варвара Корниловна да племянник Сотин Акиндин Яковлевич, который сдавал пристани в аренду, Акиндин был хитёр, умён, изворотлив, умело проводил финансовые операции.

В 1887 году родилась единственная дочь Аннушка, окончила блестяще частную гимназию в Нижнем и владела несколькими иностранными языками. Артисты, музыканты писатели часто гостили в его доме. В кругу друзей Акиндин Яковлевич любил похвастаться своей дочерью. Часто просил: «А ну, Аннушка, поталакай на своих языках».

Сотин А.Я. в 1899 году был избран на конкурсной основе попечителем городецкой женской первой школы, а с 1908 года становится попечителем Николо-Погостинского училища. За пожертвования и полезную деятельность по народному образованию был награждён медалью. Акиндин Яковлевич принимал активное участие в создании библиотеки-читальни в Городце, куда сделал личные вклады и в 1907–1913 годах избран ответственным заведующим библиотекой-читальней.

Сотин А.Я. — один из основных вкладчиков в строительство Всесословного клуба (1905–1907 годы), меньшие вклады сделали купцы Дерюгин П.Д. и Шадрин П.И. На открытии Всесословного клуба присутствовал губернатор и артисты из Москвы.

Чернавины

На рубеже XIX–XX веков в селе Николо-Погосте Чернавины, коренные жители села, были торговцами — имели свою бакалейную лавку. Их двухэтажный, деревянный дом в Набережном переулке, что выходит на угор, сохранился. Он стоит рядом с домом Крекова В.И. Вверху располагалась одна комната, внизу — бакалейная лавка (справа), сени и «низ» (кухня, она же столовая). Над вторым этажом дома, наверху, был мезонин.

Пётр Иванович в молодости был водоливом на барже. Вместе с ним работал и его брат Николай. Потом Пётр Иванович занялся торговлей в своей лавке. Его сын Александр Петрович торговал сахаром, конфетами, крупами, мукой, рыбой, мясом (закупал скот и забивал его на своей бойне), керосином.

Дурашины

В первой половине XIX века в переулке Кулаково (ныне — переулок Набережный) в двухэтажном доме, что у колодца, жила семья Дурашина Ивана Матвеевича.

В 1832 году жена Матрёна Ильинична подарила Ивану Матвеевичу первенца. Мальчика назвали Николаем. Позднее родились Дмитрий и Михаил.

Всех троих обучал грамоте церковный дьяк. А весной, с началом навигации, отец брал сыновей и жену на свою баржу, которая ходила по Волге от Рыбинска до Астрахани.

Старший сын женился в 1853 году на Шишкиной Авдотье Ивановне. Иван Матвеевич купил сыну старый дом на улице Кулаково (ныне — улица Набережная), пятый дом от церкви, а в надел получил Николай от отца новенькую баржу и занялся с детства привычным трудом.

Родились две дочки — Маша и Лиза. В 1878 году родился первый мальчик. Назвали его Александром. В апреле 1884 года родился второй сын — Ваня. Ещё в 1883 году Николай Иванович на месте старого дома выстроил новый большой двухэтажный полукаменный дом.

Иван Матвеевич женил и второго сына, Дмитрия. Купил ему дом на улице Кулаково — третий дом от церкви и отдал новую пристань. Её поставили на правом берегу Волги у Балахны. Пристань стала источником существования семьи Дмитрия Ивановича. У него было двое детей — сын Михаил и дочь Анна. Дмитрий Иванович, как когда-то и его отец, с детства брал сына на пристань, приучая к семейному делу.

Чечерин — баржевых дел мастер

Чечерин Семён Александрович родился в 1879 году в деревне Щёкино Николопогостинской волости Балахнинского уезда в крестьянской семье. Учился в Николопогостинской школе и в Балахнинской гимназии. Отец его был хорошим плотником, и Семён смолоду научился у него плотницкому мастерству. В 1905 году он женился на Анастасии Бруновой из соседней деревни Старцево, девушке из бедной крестьянской семьи.

После рождения сына-первенца Ивана и в ожидании второго ребёнка Чечерин со своим другом Иваном Моховым ездил в Красноярск на заработки. Работая в судостроении плотником, Семён Александрович в совершенстве освоил процесс строительства барж.

Чечерин С.А. работал у предпринимателя Бугрову на нижегородской судоверфи.

* * *

В 2006 году Николо-Погост посетил полномочный представитель президента по Приволжскому округу Александр Коновалов. Он одобрительно отнёсся к желанию Николо-Погостинцев восстановить церковный комплекс.