К северо-востоку от Москвы, между пашнями и перелесками верхней Волги, на пригорке у безымянного ручья стоит маленькая деревня Кудашиха. На краю деревни в старой, но крепкой избе-пятистенке живёт пожилой степенный колхозник Иван Гаврилович Блинной.

Поздней осенью, когда спадает рабочая страда, в горнице у Блиновых собирается молодёжь, как тут говорят, на посиделки. Иван Гаврилович прорубил в горницу отдельный ход с крыльцом, что, кстати сказать, в деревнях делать не принято. Обычно в горницу ходят через жилую половину, где варят пищу и пекут хлеб, где всей семьёй едят и спят и где в холодную пору у печки иногда поселяется даже новорождённый телёнок. Но Блинов-старший не любит, чтобы его беспокоили вечерами.

Вечером, запалив керосиновую лампу, Иван Гаврилович убирает со стола, расстилает на нём чистую холстину и достаёт из кованого сундучка свою главную ценность. Это сложенные пополам листы плотной желтоватой бумаги, которые знатоки называют «верже». Если смотреть на просвет, на ней видна тонкая сеточка. Достать такую бумагу очень трудно, и никому из домашних не разрешено её трогать.

Потом Иван Гаврилович достаёт из того же сундучка баночки с красками, кисточки и связку обыкновенных гусиных перьев.

Пишет он удивительно чётко, остро отточенное пёрышко в его мозолистых стариковских пальцах двигается, как живое. Что он пишет? Почему такие странные. будто и не русские буквы появляются под его пером? Чтобы ответить на эти вопросы, придётся начать издалека.

Все книги, которые мы читаем, — романы, стихи, учебники, справочники, все журналы, газеты, плакаты печатают в типографиях. Как и другие человеческие дела, печатание существует не вечно. В нашей стране книги начали печатать всего четыреста лет назад, а до того были книжные писцы, которые каждую книгу переписывали от руки чёткими красивыми буквами. Большей частью это были церковные книги.

Лет триста тому назад в церковные книги были внесены некоторые поправки. Но часть духовенства считала, что поправлять ничего не следует. Она вступила в распрю со своим церковным начальством и, пользуясь тем подозрением, которое питали крестьяне к царю, помещикам и церкви, уговорила многих отделиться от господствующей церкви и уйти в «раскол». И в то время как типографии, принадлежавшие правительству, печатали исправленные книги, раскольники продолжали пользоваться услугами книжных писцов, заказывая им копии старых, неисправленных книг.

Постепенно вся эта распря стала забываться, потом и раскольникам разрешили печатать книги, как они хотят. Но вот в 70-х годах прошлого века историк Барсов приехал на Север, в исконные раскольничьи края, искать древние рукописи и неожиданно нашёл несколько семей настоящих переписчиков книг. От деда к отцу, от отца к сыну в этих семьях передавалось старинное искусство книжного письма. Находились любители, которые заказывали у писцов рукописные книги.

Сию книгу истории древнего города Городца писал и рисовл крестьянин колхозник к-за “Кр. Маяк” Кумохинского с/С д. Кудашихи Иван Блинов…
Сию книгу истории древнего города Городца писал и рисовл крестьянин колхозник к-за “Кр. Маяк” 1-го Кумохинского с/Совета дер. Кудашихи Иван Гаврилович Блинов…

Барсов обрадовался этим живым ископаемым, так как он мог своими глазами увидеть технику древнего письма. Он как бы перенёсся в седую даль времён, в кельи первых русских летописцев, свидетелей славных дел Александра Невского и Дмитрия Донского. Барсов уехал, и следы книжных писцов потерялись.

В молодости Иван Гаврилович Блинов, выбирая себе ремесло, познакомился со стариком писцом Овчинниковым и перенял у него забытое искусство. Он поставил в огороде будочку из досок и, прячась от взрослых, писал и рисовал. Теперь по всей необъятной Руси он один остался хранителем секретов, накопленных веками. Революция и коллективизация раскидали гнёзда богатеев-раскольников, ценителей древнего благочестия и заказчиков. Но любовь к искусству жила в душе последнего русского книжного писца, она была бескорыстна, как настоящее большое чувство.

В 1937 году Блинов написал книгу «История древнего города Городца», сочинённую им самим и посвящённую XX годовщине Октябрьской революции. Она хранится в рукописном собрании Библиотеки имени В.И. Ленина в Москве. Приводимый здесь снимок показывает, что буквами, убранством и техникой выполнения она ничем не отличается от древних книг, которые лежат в соседних шкафах.

…Недавно мы получи письмо из Городца о том, что Иван Гаврилович Блинов умер. Неужели никто не перехватил эту изумительную эстафету мастерства?

«Техника — молодёжи»,
№ 1, 1958 год