Галочкин Николай Михайлович
Галочкин Николай Михайлович

На протяжении десятилетий выхода районной газеты у неё были многочисленные добровольные помощники. Их называли рабселькорами, внештатными корреспондентами.

В 20-30 годы они подписывались псевдонимами: «зоркий», «очевидец» и т.д. Может быть, это покажется смешным сегодняшнему читателю. Но тогда писать критику (а все заметки в основном были критическими) было небезопасно для жизни рабселькоров. По мере укрепления Советской власти внештатные корреспонденты стали печататься под своими фамилиями.

В 60-е-70-е годы у газеты сформировался широкий круг внештатных авторов. Они писали обо всех сферах жизни и деятельности района: промышленности, сельском хозяйстве, культуре, образовании, торговле и т.д. Многие писали неплохие зарисовки о людях. И среди всех внештатных авторов выделялся Николай Михайлович Галочкин, преподаватель Городецкого педучилища.

В Городец он приехал в 1938 году после окончания педагогических курсов. С нашей газетой начал сотрудничать сразу же, писал стихи, руководил литературной группой при редакции. Связь с газетой он не прерывал и в годы войны, писал письма с фронта в стихотворной форме.

В начале 70-х годов его главным увлечением было собирание фольклора. Где бы он ни был, везде записывал частушки, фронтовые переделки известных песен. Свои исследования он публиковал в нашей газете под рубрикой «Записки собирателя фольклора». В редакции этот красивый седовласый человек с неизменным портфелем появлялся часто. Был он по-интеллигентски скромен, тактичен. И что поражало меня в нём, это какой-то детский восторг, с которым он рассказывал о встрече с интересным человеком, о новой находке. Так говорить мог только искренне увлечённый человек.

В 1974 году Николай Михайлович вышел на пенсию, появилось свободное время, расширился диапазон его поисков. Он заинтересовался старинными названиями улиц нашего древнего города, окрестных деревень. Копался в архивах, разговаривал с людьми.

Наш район был богат различными народными промыслами. Николай Михайлович стал разыскивать мастеров. Писал он о них не так, как мы, профессиональные журналисты. Краеведческая жилка проявлялась и в этих материалах. Он старался изучить и описать историю того или иного промысла, а потом уже рассказывал о конкретных мастерах. И если мы писали в основном о промыслах и мастерах, которые были в то время на виду, то Галочкин старался найти и уже умирающие промыслы.

Вот взять, например, его зарисовку «Весь в крестах, а почёту нету». Речь идёт о плетении лаптей, которые когда-то были самой обиходной обувью в деревнях, и плести лапти умели многие. В начале девяностых годов прошлого века этот промысел фактически умер. Редкие умельцы плели лапти для сувениров. Николай Михайлович рассказывает, как искал он по лесным деревням района умельца по плетению лаптей. Нашёл в д. Зубово Е.Ф. Обухову, которая подробно рассказала ему об этом промысле и показала образцы сплетённых ею лаптей.

Занимаясь краеведческой деятельностью, Н.М. Галочкин обнаружил, что нет книги, которая рассказывала бы подробно об истории Городца. И он занялся этим трудоёмким делом. В начале девяностых годов он показывал мне объёмистую рукопись, итог его многолетней работы.

Он возил рукопись в Н. Новгород, но, к сожалению, не нашлось историка, который помог бы ему отредактировать его труд, уточнить исторические факты и даты. С помощью социально-культурного управления районной администрации была выпущена брошюра «Город древний, город славный» (историко-краеведческие очерки), которая вместила лишь малую часть собранного Н.М. Галочкиным материала о Городце.

Кстати, с помощью социально-культурного управления в девяностые годы выпущены ещё три брошюры Н.М. Галочкина: «На завалинке» (рассказы об устном народном творчестве нижегородской земли), «Городец — город мастеров» и «Песни в солдатских шинелях». Из-за малого тиража они уже сейчас стали библиографической редкостью. К сожалению, после смерти в 1999 году Николая Михайловича Галочкина утрачен весь огромный объём собранных краеведом сведений об устном народном творчестве, истории Городца.