Павлычев Борис Васильевич

Павлычев Борис Васильевич — писатель, чьё детство прошло в городецкой деревне Косолапово, а юность началась с войны, грохочущих будней Горьковского авиационного завода. Так получилось, что более половины жизни его связано с далёким Таджикистаном. Павлычев — тот писатель, чьё слово идёт не от выдумки, а от того, что прожито, что увидено. И кому, как ни ему, исколесившему и обошедшему вдоль и поперёк горы и долины бывшей союзной республики, знать жизнь, традиции и нравы её народа.

«…Кишлак был пуст. Почему люди ушли из этих мест, ребята ещё не знали. Но, изнурённые зноем, тяжёлой дорогой по горным тропам, они были рады временному пристанищу, возможности передохнуть в мало-мальски пригодных условиях. Селение действительно было безлюдным. Уставшие путники хотели зайти в одно из брошенных жилищ, но остановились, увидев шедшего им навстречу старика. Одинокий страж пустующей горной деревни, старик был невероятно худ. Его кожа, до черноты выпекшаяся под жгучими лучами, была морщиниста и суха. «Лет 90, а то и больше», — подумали ребята и громко поздоровались. Старик не знал русского, но на приветствие ответил жестами, означающими приглашение войти в дом. «Дом» старика, как и он сам, был ветх и беден. Но, принимая нежданных гостей, хозяин со всей щедростью предоставил им самое лучшее, что было у него — свой очаг, чайник с кипятком, заварку-траву, старые циновки для сидения. Больше у старика не было ничего. Присоединиться к трапезе незнакомцев он не смел. На призывы разделить «стол» он лишь благодарно прикладывал руку к груди и почтительно склонял голову.

Немного передохнув, друзья собрались в дорогу. Путь был ещё неблизким, а задание нужно выполнить в срок: поставить разметки будущего маршрута, по которому должны пройти участники всесоюзного туристического слёта. Ответственность за организацию и проведение такового была возложена на Душанбинский горком комсомола. Павлычев, как секретарь комсомольской организации швейной фабрики и собкор городской многотиражки, был назначен с одним из активистов-комсомольцев «разметчиком» турмаршрута. Эта-то дорога и вывела их к заброшенному таджикскому кишлаку…

…Уходя, мы оставили старику продукты, которые брали в дорогу: сухари, сахар, соль, пачки чая, чего-то ещё. Он с таким испуганным ожесточением отказывался, что нам пришлось почти силой вручить ему скромные наши дары. Он держал всё это на вытянутых руках, не смея куда-нибудь положить при нас всё это “добро”. А потом он долго шёл за нами, всякий раз останавливаясь, выражая безграничную благодарность жестами, по-своему “благословляя” нас. Так, километров 5–6 шёл…»

Странно, однако, устроена писательская натура, «ей всегда чего-то не хватает: зимою — лета, осенью — весны…». Живя в Таджикистане, например, Борис Павлычев писал о своей молодости, прошедшей в средней полосе России, а теперь память о жарком таинственном Востоке не даёт ему покоя, и уже рука тянется к перу.

«Писатель всегда должен что-то писать, пусть даже это будет предсмертная записка», — это высказывание неизвестного как нельзя лучше раскрывает суть писателя. Хочет или не хочет, может или не может — писатель должен писать, а иначе он не назывался бы писателем. Писать — это внутренний долг Бориса Васильевича и это его неистребимая потребность. Пусть она не иссякает, не «заедается бытом».