Широких Олег. Весеннее
Салов Валерий. Озарение
Частова Юлия. Двое
Зевеке Михаил. Земляничная пора
Татьяничева Людмила. «Мне говорят, что слишком много…»
Жуков Николай. Июль

Широких Олег

Весеннее

Солнце награждает по достоинству
Вытаявшей почвы лоскутки.
И травинок молодое воинство
Подняло зелёные штыки.
И любая кочка, и расщелина,
Каждый бугорок взметнуть готов
Над штыками победившей зелени
Фейерверки яркие цветов!


Салов Валерий

Озарение

Туча чёрная пучится, бычится,
Гром рокочет угрюмо и глухо.
Мать-заступницу, Мать-владычицу
Молит немощная старуха.
Град по крыше гремит горошком,
Зыбко мечется пламя свечи:
— Не оставь, заступница,
Прошку,
Уму-разуму научи.
Чую, мне осталось немного,
Задыхаюсь и мочи нет,
Видно, время сбираться в дорогу,
Перед Богом держать ответ…
Только Прошке в избе не сидится,
Так и тянет в грозу за порог
Поглядеть, как на колеснице
Мчит по небу Илия Пророк.
Сквозь года в колокольном звоне
Сыщет Прохор свою колею…
Понесут городецкие кони
На иконе Пророка Илию.


Частова Юлия

Двое

Лишь два часа с последнего звонка —
Два долгих века, замкнутых в молчании…
Лишь два часа с последнего «Пока!»,
Два голоса, расставшихся с печалью.

Две пары глаз в задумчивом огне,
Две смелых мысли, в трубку прозвучавших.
И два признанья в собственной вине —
Тревожный разговор начавших.

Два голоса, промолвивших: «Прости!..»
И два уже безропотных: «Прощаю…»
Два вздоха, счёт до десяти —
И два почти с восторгом: «Обещаю!»

Два трепетных, слетевших с губ «Люблю!»,
Нечаянно в одно совпавших…
Два опьянённых радостью «Приду!»,
Две пары туфель, в ливень убежавших…

Уж два часа с последнего звонка,
А поцелуй всё длится ненасытно…
Одна любовь. Двоим судьба одна.
Одною крышей от дождя укрыты.


Зевеке Михаил

Земляничная пора

Глянь в окошко, Вероника:
Небо ясное с утра.
Земляника, земляника,
Земляничная пора!

Дымка пара, мимолётна,
Осеняет сонный луг.
Слепни, словно самолёты,
С гулом носятся вокруг.

Их боится Вероника,
Машет ручкой невпопад.
Знай: лентяям земляника
Не даётся, ровно клад!

Губки сразу же надуты,
Нос обиженно сопит:
Говори сию минуту,
Где тот сладкий клад зарыт!?

Не зарыт он, баловница,
Ты поверь моей молве:
То июльских зорь крупицы
Затаились в мураве.

Так что взяли ноги в руки
На делянке, средь пеньков,
Постигать азы науки
Сбора этих огоньков!..

Слава сладкой землянике,
Слава летним чудесам!
Смех малютки Вероники
Уплывает к небесам.

А вокруг благоуханье,
Сосны, солнце и жара,
Полыхание, порханье,
Земляничная пора.

2010 год


Татьяничева Людмила

Мне говорят, что слишком много Любви я детям отдаю,
Что материнская тревога
До срока старит жизнь мою.
Ну, что смогу я им ответить —
Сердцам,
Бесстрастным, как броня?
Любовь, мной отданная детям,
Сильнее делает меня.
В ней всё —
И радость,
И терпенье,
И те, шальные, соловьи…
За это чистое горенье
Спасибо вам,
Сыны мои!

2004 год


Жуков Николай

Июль

Ты назывался серпень, страдник
И грозником от частых гроз.
Твой долгий день, как светлый праздник,
И ночь — родительница грёз.

В июль открыты окна настежь,
С благих небес исходит зной.
И всё живое влаги жаждет,
Насквозь пропитано жарой.

Зовут к себе воды прохлада,
Целебной влагою — роса,
Рассвета чудного отрада
И летних сумерек краса.

У кромки леса полосою
Крыло тумана поднялось
И родилось в душе святое,
Времён былинных слово: «Рось».

И будто Святогора вздохи,
И гром копыт его коня
Из той немыслимой эпохи
Вдруг промелькнули сквозь меня.

Сюжеты сказок и былины
Сменялись быстро, как в кино.
И облака, как гор вершины,
Сияли в небе высоко.

Здесь всё пропитано покоем
Земли, забравшей дня тепло.
Лес замер, лишь царит над полем
Видений белое крыло.

И в этом мареве тумана
Плывут и удивляют мир
То струги Стеньки-атамана,
То Змей-Горыныч закружил.
И точно — будешь верить в чудо,
В русалок, папоротника цвет,
Что открывает клады всюду.
А правда ль это или нет.

Вот поле уже пахнет хлебом,
Грибами, земляникой — лес.
Всё дышит жизнью, чистым светом,
Где всё для человека есть.

Июль, июль — макушка лета,
Ты щедр на разные дары.
Ну что с тобой сравнить на свете?
Желанней нет твоей поры.