Зевеке Михаил Юрьевич

Творчество

В основном Зевеке пишет лирические стихотворения, хотя его перу и принадлежит одна поэма («Городец»), две пьесы на ведические мотивы («Сказание о Нрисимхадеве» и «Хридас Тхакур») и два сборника рассказов («Чертог Берендея» и «Сказки старого леса»).

Сейчас, как объясняет автор, он пишет очень мало нового. Он поставил себе задачу доработать до известного совершенства написанное прежде. Для себя ориентир в работе над стихом Зевеке видит в Максимилиане Волошине, который одно стихотворение иногда писал в течение нескольких лет, добиваясь совершенства.

Законченным на это время Зевеке считает такие поэтические циклы как «Посланцы», «Призвание» (стихи о творчестве и о поэтах); «Дорогами Баяна», «Серая лошадка» (о языческой, дохристианской Руси, по мнению автора, ведической); «Поругание», «Отец лжи» (гражданские стихи о современной жизни, об утрате духовности); «Грибные туманы», «Трепетно вхожу под леса своды» (о русском лесе, любимая тема Зевеке); «Стойкий оловянный солдатик», «Поищу родника» (о духовных исканиях, поиске любви и счастья). Кроме того о природе такие неизданные книги стихов Зевеке как «Исток», «Время говорить», «В весеннем радостном дыму», «Я — рябиновый, я — осенний». Все свои поэтические творения М.Зевеке объединил примерно в два десятка книг, в каждую входит два цикла, причем около десятка пока находятся в работе. Для названия книг автор использовал либо название одного из циклов, либо название стихотворения из этого цикла, либо первую строчку стихотворения.

Особое место в творчестве М. Зевеке занимает тема о Городце. Надо отметить, что этой темы касались и такие известные поэты, как Юрий Адрианов и Валерий Шамшурин, трудно найти хотя бы одного местного поэта, который в своем творчестве обошел бы городецкую тему. Но по вполне заслуженно распространившемуся мнению никто не писал о Городце лучше, чем Зевеке. Этот пласт творчества поэта является самым известным: стихи из городецкого цикла неоднократно публиковались, на некоторые из них написаны песни, и, пожалуй, ни один крупный городской праздник не обходится без его стихов.

Чем же так вдохновила поэта городецкая тема? Вот что пишет Зевеке в стихотворении «Сосны городецкого вала»:

Здесь даже воздух дышит стариной —
Её биеньем сердца осязаю.
Сюда приду — и сяду под сосной,
Чей ствол сочится вязкими слезами…

Особенно его привлекают те незапамятные, почти никак не запечатленные в истории сражения с монголами, на самой заре существования города. И даже современные, из оцинкованного железа крыши («серебро доспехов») уводят его в далекое прошлое:

День на покой заторопился,
Свет поглощала темень, лишь
Луч, угасая, отразился
От серебра доспехов крыш.
И, словно нить к иной эпохе,
Принёс из страшной глубины
Потоки крови и сполохи
Пожаров минувшей войны…
(«Тень минувшего»)
Оплачь стылый ветер всю горечь потерь!
Омой кровь и копоть, волна!
На сирых приволжских высотах теперь —
Кладбищенская тишина…
(«Разор»)
Под гудящий набат времён
Прочь поспешно бегут года…
Силы дикие ста племён
Порассеялись кто куда.
Втуне сгинули их труды:
Возрождён град и не забыт.
Нет в помине Златой Орды,
Ну а мой Городец — стоит!
(«Сколько страшных веков назад…»)
Что ворчит сосна кривая,
Наклонившись надо рвом?
То ль о мёртвом напевает?
То ль бормочет о живом?
Ночь исходит лунным светом…
В тьме подземной, у корней,
В брони ржавые одеты,
Спят герои прежних дней.
(«Что ворчит сосна кривая?»)

В этом же ряду стоят его стихотворения «Александр», посвященное умершему в Городце по дороге из Золотой Орды Александру Невскому, «Славная память», «Убитому ордынцу», «Полуночный вал».

Надо отметить, что стихи о Городце М.Зевеке хронологичны. Далее в цикле появляется стихотворение «Городец, торговое село», которое рассказывает о следующем периоде жизни города. Однако, как и в описаниях горького монгольского периода, Зевеке не сводит все к пересказу исторической доктрины или летописного предания. Как сосны на городецком валу оказались достаточным основанием для полета авторского воображения, так и многочисленные (и полузабытые) памятники старины, разбросанные по старой части города то и дело отсылают поэта в прошлое. Таковы стихотворения «Здание красного кирпича», «В доме Лапшиной», «Ностальгическое». Кстати, прошлое для поэта более значительно и более светло, чем настоящее.

Жалко, улочек древних вязь
Не выводит к великим дням!
Жалко, отлит в металле князь
И ногами прирос к камням!
(«Ностальгическое»)
Только исчезло, в летах потонув,
Храмов былое величье.
Город у серых коробок в плену,
Город меняет обличье…
Зданье насупилось, глухо ворча:
Хлипкая кость новостройки!
Здание красного кирпича,
Здание «царской» постройки…
(«Здание красного кирпича»)

Отношение к Городцу сегодняшнему у Зевеке отражается в строках из стихотворения «Захолустье»:

Не красивейший — есть и краше.
Не стариннейший — есть древней.
Только дружбе взаимной нашей
Не хиреть, и таится в ней,
Что иным не дано и видеть,
Что невеждам и невдомёк,
И попробуй всерьёз обидеть
Взявший за душу городок!

Уютный, любимый, родной, известный весь, можно сказать, на ощупь — до последней деревянной скамьи на косогоре, до последнего камня на мостовой. Этой теме посвящены стихотворения «Городец», «Как мальчишка доселе верю», «Тихо скрипнув, мое сердце отворяется», «Земля обетованная» «Улочки» и целый ряд других. Немало стихотворений Зевеке посвятил и Городцу мастеровому. Среди них можно отметить «Улица мастеров», «Городецкая роспись», «Резьба», «Городецкие дома».

Большую долю в созданном М.Зевеке занимают стихи и проза о природе. К сожалению, большая часть по финансовым причинам не издавалась и известна только в электронных или бумажных копиях узкому кругу ценителей поэзии.

Природа в стихотворениях Зевеке всегда одухотворена, наполнена жизнью, порой невнятным и неясным разумом.

В лиловом просторе подтаявших льдов
Бесшумные тени скользят,
И тёмный пунктир уходящих шагов
За далями сумрачным взят.
А в небе закатном, излив благодать,
Болезненно блекнет звезда…
Обратного следа нигде не видать,
А этот ведёт лишь туда.
Я чувствую чей-то внимательный взгляд,
Смятенье подлёдной воды…
(«О следах»)
Качает деревья неистовый шквал,
Несёт облака-корабли.
Когда-то мой предок святыми назвал
Великие силы земли.
(«Качает деревья неистовый шквал»)

Для Зевеке характерна яркая, индивидуальная образность стиха, которая более всего, пожалуй, проявилась в описаниях природы. Вот, например, в стихотворении без названия из цикла «Бог, который во мне»:

Берег гнутый, словно кибить лука.
Оголовки острые осок.
Тетива багряная без звука
Прочертила гладь наискосок.

Кстати, стихи его насыщены устаревшими и диалектными словечками. В прежних редакциях их было настолько много, что порой трудно было понять смысл без подстрочных комментариев. В дальнейшем поэт стал стремиться к большей простоте и доступности.

Предназначение поэта Зевеке видит в особом служении Богу, в открытии тайны, скрытой в душе.

От времён наказано
Мне слова ценить!
Словно жемчуг сказочный
Нанизав их в нить
И отбросив лишнее
От звенящих строк,
Принесу Всевышнему
Скромный свой оброк.
(«Предназначение»)
Я прорастаю изо тьмы
Несущим Свет ростком —
И воплощенья тайный смысл,
Похоже, мне знаком.
(«Росток»)

В творчестве Зевеке не придерживается определенной идеологии. И хотя сам он считает, что опирается на ведическую философию, у него можно найти чудеснейшие стихи на православную тематику (здесь можно отметить стихотворения «Благовещение», «Сочельник», «Голгофа», «Апостол» и др.), и на древнерусскую языческую, и на индуистскую.