Попадаешь в любой город и чувствуешь его энергетику, дыхание, что-то присущее именно этому городу. И это не красивые и умные слова. Так оно и есть. Мне всегда было интересно почувствовать неповторимость того или иного города, городка. В крайнем случае — «неповторяемость».

К столицам — особое отношение. В них ритм жизни напряжённый. В одно время мне очень хотелось жить в Питере. В Москве — никогда. Если бы у меня не было возможности жить в России, а вопрос был бы поставлен ребром: выбирай — либо Восток, либо Запад, я бы выбрал Восток.

Но лучше век коротать там, где родился.

Городские стихи

1.

Каждый город имеет характер,
И осанку, и облик, и стать…
Как геолог по стёршейся карте
Вдруг отправится древность искать,

Мы попробуем высветить сущность
С виду разных таких городов,
Позабыв про подхода научность,
Но включив интуиции зов.

Вот Москва — город старый, уставший,
Пыльный, суетный, жёсткий, но всё ж
Много чувств и эмоций впитавший,
А событий — и не перечтёшь.

Петербург важен, горд и солиден,
В нём – культуры музейная мощь,
Величавость и склонность к обиде —
В этом городе всё ты найдёшь.

Доха — город арабских традиций
(Роскошь сноба сквозит и сквозит),
Город-шейх, сплав хай-тэка, амбиций,
Скуки, сытости. Город-гибрид.

Таллинн Запада цедит обличие:
Аккуратен, подтянут и строг,
И цветаст, но до рамок приличия,
Не повергнет в безмолвия шок.

Да, столицы всегда величавы
И надменны, характер их крут.
Ведь историю целой державы
На себе они вечно несут.

А Россия, как прежде, огромна,
Необычна её глубина.
В городах с виду стареньких, скромных
Отразится объёмно она.


2.

Если б задал мне вопросы,
Ну, к примеру, чужеземец
И спросил меня бы прямо:
«Ну, какой он, Городец?»
Я б сказал: «Многоголосый,
Шумный, тихий, молчаливый
Городок среднероссийский.
Не Воронеж, не Елец».

А ещё бы я ответил
Без малейшего напряга,
Потому как в нём я прожил
Лет побольше сорока:
«Городец, он и не Третий
Рим, а всё-таки трудяга.
Городок речной, портовый,
Суетящийся слегка».

Все вопросы иностранцев
Отпадут корой древесной.
Ежли только так случится,
Что протянется их путь
Вдоль по улицам старинным;
Вот тогда они почуют,
Что к истории чудесной
Прикоснулись хоть чуть-чуть.


3.

Городец, как Феникс-птица,
Возрождался вновь — из пепла,
Как татары ни старались
Обратить его во прах.
Он растёт и вширь стремится
Пораскинуться, и ветры
Холодят его, но тщетно:
Городцу неведом страх.

Он, как воин, защищался
В час суровых испытаний.
И поныне он не сломлен,
Хоть и кажется порой,
Что мятежный дух остался
В тех веках — напоминаньем
Сильным мира: он не мёртвый,
Он по-прежнему живой.


4.

Тонет Крымск. Но как возможно?
Город — это ж не корабль.
И поверить в это сложно.
Проплывает дирижабль

В небе ясном и высоком.
С президентом вертолёт
Там же где-то одиноко
То ль порхает, то ль плывёт.

МЧС, машины, мусор…
Камни, горы кирпичей.
Люди плачут. Город-узник
И заложник у рвачей.

Как такое да возможно?
С виду каждый — человек.
Мы шагнули осторожно
В двадцать первый этот век.

Но Кущёвская — станица,
Курск-подлодка, Крымск теперь.
Что же дальше? Что случится:
Нас погубит век, как зверь,

Лютый, злой и ненавистный?
Но, прорвав кольцо из бед,
Мы тебя увидим, чистый
Мир, чрез много долгих лет.