Кузнецов Андрей Григорьевич
Кузнецов Андрей Григорьевич, 1939 год

Было в длинной жизни Кузнецова Андрея Григорьевича столько всего хорошего и плохого, что трудно сказать, чего больше.

Родился он в год начала первой мировой войны. Для нынешних молодых это время кажется столь же далёким, как наполеоновские войны. Кстати, мой отец, родившийся в 1915 году и пропавший без вести в 1944 году, навсегда сохранился в моей памяти молодым, с фотографии довоенного времени. Вот и у Андрея Григорьевича я взяла фотографию 1939 года, когда он служил в Красной Армии.

Родился Андрей Григорьевич в деревне Конёво Чучелихинского сельсовета. Учиться пришлось мало, в военном билете записано — «окончил 4 класса», но проучился в школе всего год. Работал в сельском хозяйстве, в тридцатых годах перебрался в Городец, женился. В 1936 году его призвали в армию, служил в Гороховецких лагерях. Потом вернулся домой. Участвовал в финской войне. От той войны сохранилось у него воспоминание, как штурмовали хорошо укреплённые позиции финнов, как у нашего командира, попавшего в плен, враги вырезали на спине звезду.

Перед войной Андрей Григорьевич окончил курсы шофёров. Он оказался способным к технике и учился на курсе лучше многих.

В мае 1941 года его снова призвали в армию, провожала его жена Матрёна с двумя маленькими сыновьями. Служил в Гороховецких лагерях шофёром. В ночь с 22 на 23 июня Андрей стоял на посту, где и узнал, что началась война. 23 июня пришли пешком в Сормово, здесь формировался пехотный полк. Андрей и ещё несколько шофёров получили старые полуторки. Полк погрузили в вагоны и отправили на фронт. Отбивались от наступающих немцев где-то в Белоруссии. Андрей возил на своей полуторке снаряды. Дело было опасное, во время налёта вражеской авиации приходилось выскакивать из машин и прятаться неподалёку.

Разные судьбы были у людей на войне. Через месяц он попал в окружение, а затем в плен. В 1941 году такая судьба оказалась у многих. Но к Андрею была она более милостивой. Он не попал в страшные лагеря смерти. Из пересыльного лагеря его вместе с десятком других красноармейцев, разбирающихся в технике, увезли в Западную Германию, где они работали в мастерской, ремонтировали гражданские машины.

1 мая 1945 года Андрея освободили американцы, вместе с другими увезли под Берлин и передали советскому командованию. Здесь был большой немецкий аэродром. Сначала Андрей вместе с другими бывшими военнопленными собирал разные детали, разбросанные по аэродрому. Потом их заставили разбирать огромные ангары, в которых укрывались во время войны фашистские самолёты. И только в конце 1945 года погрузили в эшелоны и повезли в Москву. Здесь, в Подмосковье, Андрей служил ещё до осени 1946 года.

Всю войну родные ничего не знали о нём, считали его пропавшим без вести. И Андрей ничего не знал о своей семье. Оказалось, что сыновья его умерли в 1941 году, жена Матрёна всю войну работала в госпиталях медсестрой.

Вернувшись домой, Андрей узнал, что начинается строительство Горьковской ГЭС. Он был третьим шофёром, зачисленным в штат гидростроителей. После окончания строительства ГЭС остался работать в автобазе № 3, проработал здесь 14 лет. Затем перешёл в Городецкий леспромхоз, отсюда и на пенсию ушёл в 1974 году. Это были, пожалуй, лучшие годы в жизни Андрея Григорьевича. Работал он хорошо, постоянно отмечался, его портрет висел на Доске почёта. Жена работала в центральной районной больнице. В просторном доме на улице Тимирязева подрастали две дочери, родившиеся после войны: Клавдия и Надежда.

А потом опять начались несчастья. 24 года назад умерла жена, затем старшая дочь Клавдия. Много лет Андрей Григорьевич жил один, а три года назад он ослеп. Дочь Надежда, у которой умер муж, перебралась к нему. К сожалению, нет у него внуков. Но тут уж ничего не поделаешь. Судьба!

2009 год