А на нейтральной полосе
Цветы необычайной красоты…

(из песни)

Летом 1944 года на третьем Украинском фронте наступило затишье. Советские войска собирали силы перед новым наступлением. В такие дни особенно активно работали разведчики: надо было добывать сведения об обороне противника. 28 я пехотная дивизия стояла в районе большого молдавского села Кицканы. Позиции фашистов здесь были сильно укреплены.

В ночь на 20 июля дивизионные разведчики получили очередное задание: добыть «языка». В их числе был и кандидат в члены ВКП(б) Николай Мясников. Бывшего пулемётчика перевели в разведку всего два месяца назад, но за это время он уже не раз побывал на заданиях. За доставку важного «языка» Николай вместе с товарищами был награждён медалью «За отвагу».

Вначале всё шло, как обычно По разминированному саперами проходу пробрались через нейтральную полосу к окопам противника. Но фашисты были на этот раз очень осторожны. Летние ночи коротки. Уже стало рассветать, а «языка» всё не было. Наконец, убедившись в бесплодности ожидания, командир группы приказал отползать на нейтральную полосу.

Если б Николай знал, что это зелёное молдавское поле, покрытое высокой травой, будет последним, что ему суждено было видеть, то он, наверно, рассмотрел бы и запомнил каждую былинку, каждый цветок. Но человеку не дано знать, особенно на войне, что ожидает его в ближайший день, а то и минуту.

— Николай, ты поползешь первым, — шепнул Мясникову командир группы.

И он пополз по-пластунски, как учили в запасном полку. Когда до наших траншей оставалось совсем немного, оглушающе внезапно прогремел взрыв. Ослеплённый и оглушённый, Николай сгоряча вскочил и наугад бросился в сторону своих. У него хватило сил добежать до первого окопа. Весь окровавленный, он рухнул на руки товарищей.

…Очнулся Николай в одесском госпитале. Страшно болела кисть правой руки. Левой рукой он осторожно дотронулся до неё и испугался: руки не было, вместо неё торчала толстая от бинтов культя.

«Как же я дальше-то буду жить? — горестно подумал Николай. — Какой же кузнец из меня теперь?..» До отправки на фронт он учился в ремесленном училище. Будущая профессия ему очень нравилась, а поработать не дала война.

Думая так, Николай ещё не знал, что самое страшное ждёт его впереди. Глаза были забинтованы, но врачи говорили, что видеть он будет, надо только подождать И он ждал, сокрушаясь по поводу потерянной руки.

Повязку с глаз сняли через полгода. Истомившись в темноте, Николай с нетерпением ждал света. А его не было, темнота по-прежнему окружала его. От отчаяния, охватившего его, разболелись все раны. Потребовалось еще полгода, чтобы поставить его на ноги.

Летом 1945 года, встретив День Победы в госпитале, Николай вернулся в родную уральскую деревню. Родители, убитые гибелью двух старших сыновей, встретили его, плача от горя и счастья. Жив он, жив… Да только как жить такому калеке в деревне, чем заняться? Государство, конечно, пенсию назначило, да ведь лет-то ему всего-навсего двадцать. Ему бы опорой родителям стать, а он сам без их помощи обойтись не может.

Бессонными ночами Николай уже стал подумывать о том, как свести счеты с жизнью. А потом опомнился.

— Не раскисай, Николай, — говорит он себе, — ты же фронтовик. Погибших товарищей вспомни. Уж если судьба сохранила тебе жизнь, надо постараться прожить её достойно, с пользой для людей.

В 1949 году в Перми, при доме инвалидов, открылась школа для слепых. Поехал туда, выучился заново читать и писать. А через два года узнал, что в старинном городке на Волге есть интернат для слепых инвалидов войны, где обучают их работать. Так двадцать шесть лет назад в Городце появился новый житель.

Волжский город стал для Николая Васильевича второй родиной. Здесь он обрёл друзей, семью, научился работать. Именно здесь он понял, что несмотря на свое увечье он может жить полнокровной жизнью. В учебно-производственном предприятии ВОС делалось и делается всё, чтобы инвалиды войны и труда могли жить и работать, как можно меньше ощущая своё несчастье. Много лет Николай Васильевич работал токарем по дереву на специально приспособленном для него станке. В 1972 году предприятие начало выпускать фильтры для тракторной промышленности, и Николай Васильевич стал скрутчиком капрона. И все эти годы он регулярно перевыполняет сменные задания.

Я видела, как он работает. Рабочее место Николая Васильевича оборудовано так, чтобы ему было удобно всё делать наощупь да к тому же одной рукой.

Забота об инвалидах войны и труда у нас проявляется большая. Для слепых, например, выпускаются специальные книги, журналы, даже часы со специальным циферблатом. В последнее время стали выпускать книги на магнитофонных лентах, текст которых читают лучшие артисты. Каждому слепому выдан специальный магнитофон. Выбор таких «книг» большой, и Николай Васильевич с удовольствием прослушивает записи.

Есть у него ещё одно увлечение. Двадцать лет назад он научился играть в шахматы. Сначала играл специальными шахматами для слепых, а сегодня он — перворазрядник и участвует в городских турнирах, побеждая многих зрячих. Все ходы — свои и противника — он держит в памяти.

Недавно семья Мясниковых получила трёхкомнатную благоустроенную квартиру в новом доме. Николай Васильевич вместе с женой вырастили двух дочерей. Старшая, Ирина, замужем и работает в районной больнице, младшая, Наташа, учится в институте иностранных языков.

…С момента взрыва на нейтральной полосе прошло больше тридцати лет. Но он не стал роковым в жизни коммуниста Мясникова. Советская власть плюс жизнелюбие и воля дали возможность Николаю Васильевичу встать в общий строй.

Городецкий вестник, 1978 год