Может, это судьба моего поколения,
Может, это моя судьба.

За пять лет до революции в глухой лесной деревеньке Тоншаевского уезда Нижегородской губернии родился мальчик. По малолетству он не мог запомнить события 1917 года. И лишь потом, став взрослым, он осознал великие перемены, происшедшие в стране. Эти перемены непосредственно коснулись и его судьбы. В самом деле, кем бы мог стать Саша Кислицын, если б не было революции? Таким же бедным крестьянином, как и его отец, или бесправным рабочим, если б удалось ему уехать в город. Революция открыла ему и всем его сверстникам широкую дорогу в жизнь.

Эта дорога началась с начальной школы в ближайшем селе (за одиннадцать вёрст от родной деревни). В 1926 году после пожара, уничтожившего их дом, семья Кислицыных перебралась на Урал. Здесь исполнились мечты отца и сына Кислицыных: отец поступил работать на железную дорогу, а Саша стал продолжать учёбу в девятилетке. В молодой Советской стране шла великая война с безграмотностью. Учителей не хватало. Ими становились выпускники средних школ. Так началась педагогическая деятельность Александре Гавриловича Кислицына, которой он посвятил всю жизнь. Девятилетка и годичные курсы — вот его теоретический багаж. Но был ещё молодой комсомольский задор, огромное желание приносить людям пользу.

В комсомол Александр вступил в 1933 году, а через год вместе с семьей перебрался на родную нижегородскую землю. Летели бурные годы, до отказа заполненные работой в школе, комсомоле, районо.

В 1938 году Александра Гавриловича направили на работу в Горный Алтай. Здесь в должности директора средней школы и застала его Великая Отечественная война. В армию его призвали в марте 1942 года, а на фронт он попал после окончания военно-политического училища. 222 я гвардейская Смоленская стрелковая дивизия, куда Александра Гавриловича назначили парторгом батальона, наступала под Вязьмой, освобождая от фашистской нечисти смоленскую землю. Здесь Александр Гаврилович стал коммунистом.

— Воевать мне пришлось недолго, всего полгода, — рассказывает Александр Гаврилович. — 13 октября начался мой последний бой под местечком Лениво. Жестокий был бой! Немцы укрепились на высотах за небольшой речушкой, траншеи в три ряда, доты, дзоты. Стояли последние дни золотой осени. Ясная погода служила союзником вражеской авиации, которой было много сосредоточено на этом участке фронта.

Александр Гаврилович рисует схематический чертёж поля боя.

— Вот отсюда первой наступала польская дивизии имени Костюшко, а вот здесь, на болотистой низине, была наша дивизия. Атака поляков захлебнулась. В бой вступили мы, но тоже безуспешно. Не хватало снарядов, их не успевали подвозить за наступающими частями. Наши танки вязли в низине. На шестой день боя тяжело ранило командира нашего батальона. Я принял командование на себя, но и мне не повезло; осколками снаряда перебило правую ногу и ранило правую руку.

В полевом госпитале ногу ампутировали. Рука, к счастью, действовала. Начался девятимесячный путь Александра Гавриловича по госпиталям. А теперь представим, какова была бы судьба инвалида войны в царской России. Нищенское существование, в лучшем случае — овладение каким-либо подходящим ремеслом. Александр Гаврилович знал — родина не оставит его в беде, но и сам он не хотел мириться со своей неполноценностью, хотел по-прежнему приносить пользу людям. Едва оправившись от ран, начал читать лекции в госпиталях. Учился ходить на костылях, потом — на протезе. В апреле 1944 года его привезли в Горький. Здесь он заведовал госпитальной библиотекой, засунув книги за ремень, обходил на костылях палаты. Даже ходил на комсомольские собрания на автозавод. И в дальнейшем Александр Гаврилович не делал себе скидок на инвалидность: ездил верхом, ходил на охоту.

После войны Александр Гаврилович решил завершить своё образование и поступил в Марийский педагогический институт. Отлично закончил его за три года вместо четырёх. По направлению приехал в Городецкий район, стал директором Краснораменской школы. И здесь Александр Гаврилович работал с полной отдачей сил. Одновременно с директорством он три года подряд возглавлял партийную организацию колхоза имени Калинина. Как ему удавалось совмещать эти две нелёгкие должности, знает он один.

Потом семья Кислицыных переехала в Городец. Здесь Александр Гаврилович работал завучем в школе № 5, а затем, до ухода на пенсию, — директором школы рабочей молодёжи.

Но пенсионная книжка не стала для ветерана удостоверением бездеятельности. Кислицын не привык сидеть в четырёх стенах. Вот уже семь лет он возглавляет территориальную партийную организацию пенсионеров, в которой насчитывается 76 коммунистов. Столько же времени Александр Гаврилович руководит районным обществом кролиководов. В общество входят 517 хозяйств, которые выращивают 18 тысяч кроликов. Три года городчане занимали первое место в областном соревновании кролиководов.

— Скажите, Александр Гаврилович, хватает Вам хлопот, наверно? — спрашиваю я.

— Да, конечно. Иной раз по целым дням дома не бываю. Но это и хорошо, силы ещё есть.

— А не трудно Вам передвигаться по городу?

— Вот уже десять лет я езжу на машине, которую дал мне народ.

Он так и сказал: «дал народ», — прекрасно понимая, что именно советский народ своим трудом создал возможность для такой льготы инвалидам войны.

…Подводя итог краткому рассказу о жизни ветерана комсомола и партии, войны и труда, можно с уверенностью сказать, что в судьбе Александра Гавриловича Кислицына, как в капле воды, отразилась судьба его поколения — строителей и защитников социализма, людей, сильных духом, ставящих общественное выше личного. И сегодня, в канун 60-летия Великой революции, мы должны им сказать огромное спасибо за всё, что они сделали для грядущих поколений.

Городецкий вестник, 1977 год