На днях Анатолию Александровичу Осоковскому исполнилось 80 лет. Его мало кто помнит в Городце, потому что 40 лет он уже на пенсии, а несколько лет не выходит из квартиры. Из-за жестокого диабета в 1981 году у него ампутировали одну ногу, а в 1990 году — вторую. Так уж распорядилась судьба: чудом выжив после страшного ранения, Анатолии Александрович прожил долгую жизнь, но уделом его в последние годы стала инвалидная коляска. А его сиделкой, добрым ангелом-хранителем всю жизнь была жена Анна Викторовна. Не так уж много было отпущено Анатолию Александровичу активного времени, но были в его жизни, если так можно выразиться, звёздные годы, за которые он совершил и перенёс столько, сколько иному и не снилось.

Осколок авиабомбы

Это было в сентябре 1944 года в Латвии. Штрафная рота шла в наступление. Над полем, по которому бежали бойцы, летели наши самолёты. Вдруг сквозь их ровное гуденье послышался чужой звук. Немецкие самолёты прорвались и летели выше наших. Посыпались бомбы. Бежать было некуда. «Ложись!» — крикнул командир роты Анатолий Осоковский. Бросился сам на землю, к его боку притулился испуганно молоденький адъютант. Заслышав характерное шипенье бомбы, капитан Осоковский инстинктивно прикрыл голову рукой. И больше ничего не помнит.

— Очнулся, чувствую, дышать тяжело, землей весь завален, — вспоминает Анатолий Александрович. — Пошевелил пальцами рук, ног — целы. Пробую выбираться. Правым плечом шевельнуть попробовал, не получается. Начал немного левым плечом шевелить. Думаю: «Куда же я ранен?».

И тут, видно, шевеленье земли заметили санитары, стали раскапывать. Откопали — командир роты! Гимнастерка на спине вся в крови и в земле. А Осоковский говорит: «Ищите, рядом адъютант должен быть». Сколько ни копали санитары землю, только кирзовый сапог нашли. Прямое попадание авиабомбы. Санитар начал разрезать на Осоковском гимнастерку и видит: из спины торчит большой осколок. Стал его вытаскивать. С трудом, но вытащил и с ужасом увидел в спине командира большую дыру. Осколок разбил лопатку, сломал несколько рёбер.

— Я сразу задыхаться начал, легкие-то открыты, — вспоминает Анатолий Александрович. — Сиплю санитару: «Бинтуй скорей». Санитар начал бинтовать. Забинтовал потуже, дышать стало полегче.

И пошла череда госпиталей. Почти год лечился капитан. Вначале дела его были настолько худы, что врачи не надеялись, что он выживет. Лежать можно было только на животе, и не день, не месяц. Главное, совершенно пропал аппетит. Есть ничего не хотелось. Анатолий превратился в форменного дистрофика. Начальник госпиталя уж к нему шеф-повара приводил: «Ну, скажи, капитан, что тебе хочется, повар сготовит». Не хотелось ничего. Как-то шеф-повар принёс каких-то горячих коржей и стал уговаривать, как маленького: «Ну, давай вместе есть, ты один и я один». Анатолий поел немного, с той поры и пошёл на поправку. Когда страшная рана начала заживать, пришлось заново учиться ходить.

Времени в госпитале было достаточно, чтобы вспоминать. Вспоминал родной Городец, родителей, соседскую девчонку Аню, с которой вместе выросли и которая провожала его в армию в 1939 году. Вспоминал службу на Дальнем Востоке, где Анатолий был пулемётчиком в укрепрайоне на границе с Манчжурией. А потом Владивостокское военное пехотное училище. В августе 1941 года курсантов досрочно выпустили из училища. И поехали молодые лейтенанты на запад, навстречу грохочущей войне.

После формирования в Казани 245-я стрелковая дивизия была направлена под Москву. Командиру взвода Анатолию Осоковскому недолго пришлось воевать за столицу. Немцы закрепились на крутом берегу озера Селигер. Декабрьский лёд блестел, как зеркало. Наши бойцы бежали по льду, а навстречу им летели немецкие пули, рикошетили о лёд. Уже у самого берега Анатолия ранило в ногу. Из госпиталя выписался в феврале 1942 года и попал на Северо-Западный фронт, где в 1943 году его снова ранило, на этот раз в плечо. Был Осоковский в это время заместителем командира батальона.

— К маю 1944 года наша 220-я стрелковая дивизия была почти вся выбита, — вспоминает Анатолий Александрович. — Отвели нас на пополнение. Стоим в каком-то лесочке. Вдруг меня вызывает командир дивизии и говорит: «Принимай завтра пополнение». Утром, смотрю, движется колонна, тысячи полторы… зеков. При них 150 конвоиров. Привели, документы мне отдали и назад ушли. Глянул я в документы, все с Дальнего Востока, кому 20 лет тюрьмы дано, а кому и «вышка». Вот это думаю да!

Так и стал Анатолий Осоковский командиром штрафной роты. Выстроил всех, объяснил, как и что. Сказал: «Если бежать задумали, бегите, всех я вас задержать не смогу». Наиболее авторитетных зеков назначил командирами отделений, взводов. Первое время не спал ночами, боялся. Но ничего, обошлось. К чести заключенных, ни один из них не сбежал, и все они рвались в бой. Ведь после первой крови с них снималась судимость, и они отправлялись в запасные части. Командовал штрафной ротой капитан Осоковский до того рокового взрыва бомбы в сентябре 1944 года.

Через год после ранения, в сентябре 1945 года, приехал Анатолий на побывку в Городец. Аня его ждала.

И вот уж золотую свадьбу отпраздновали три с лишним года назад супруги Осоковские. У них уже двое внуков и правнучка.

А тогда, осенью 1945-го, ещё не демобилизовали Осоковского из армии, а направили в Ярославль, в лагерь для военнопленных немцев начальником отделения. Молодая жена с ним поехала.

В 1946 году напомнила о себе страшная рана от осколка авиабомбы. С температурой 41 градус Осоковского увезли с работы в больницу. В спине образовалось нагноение. Врачи особой надежды не давали на выздоровление.

Выжил и на этот раз капитан. И ещё две операции пришлось ему перенести. После этого демобилизовали Осоковского из армии.

Стадион

Вернулся с женой в Городец Анатолий Александрович инвалидом третьей группы. Что делать, как кормиться? На судоверфь идти станочником, где до армии работал? Физический труд ему противопоказан. До армии спортом увлекался, особенно футбол любил. Пошёл в добровольное спортивное общество «Спартак». Приняли его заведующим спортсооружениями. На месте теперешнего стадиона была небольшая неровная площадка, скамейки в два ряда и сарай для спортинвентаря. Загорелся Анатолий Александрович идеей — построить в Городце хороший стадион. А время послевоенное. На все доводы спортсменов один ответ — денег нет. Наконец, заказали проект. Денег обещали. В 1950 году избрали Анатолия Александровича председателем общества «Спартак». Ещё больше у него разгорелась мечта, а как её осуществить? Надо было горы земли передвинуть, чтобы выровнять поле стадиона. Техника такая была только на строительстве ГЭС. Стал добиваться Осоковский приёма у начальника строительства ГЭС Юринова. А секретарша ни в какую не пускает.

— Надумал я поехать к председателю колхоза имени Тимирязева Емельянову Ивану Абрамовичу, — вспоминает Анатолий Александрович. — Он тогда депутатом Верховного Совета был. Всё ему рассказал. Он написал на депутатском бланке письмо Юринову. Только с помощью этого письма и прорвался я к нему. Выслушал меня начальник строительства и говорит: «Не могу я тебе бульдозер дать, мне их самому надо 52, а в наличии у меня их всего 11. Вот напишу я распоряжение начальнику левого берега, у него трактор с грейдером есть».

Дали Осоковскому трактор с грейдером. А что он может сделать? Там землю надо на 1,5 метра сдвигать. Но не в характере капитана запаса было отступать. Поехал он прямо к бульдозеристам. Добрался до их начальника. «Помогите, ребята, — говорит, — по выходным поработайте, а я заплачу». Уговорил. Вот и стали бульдозеры с ГЭС по выходным да по ночам на стадионе работать.

— Полтора года домой зарплату не носил, бульдозеристам её отдавал, — вспоминает Анна Викторовна. — Я уж рукой махнула, думаю, все равно не отступится.

В итоге за два года построил Осоковский один из лучших стадионов в области. Дренаж сделал, песку навозил, глину какую-то особую искал по всему району. О качестве строительства говорит тот факт, что с 1952 года поле стадиона в Городце ни разу не ремонтировали.

Но война, тяжёлое ранение, перипетии со строительством стадиона не прошли даром. В 1959 году в 40 лет вынужден был Анатолий Александрович уйти на инвалидность.

Вместо эпилога

Слушала я Анатолия Александровича и думала: «Как быстро забываем мы заслуги людей перед городом, перед обществом, если люди эти скромны и не напоминают о себе». Почти 28 лет работаю в редакции и первый раз узнала о человеке, который на голом энтузиазме построил стадион. Почему о нём забыли наши спортивные деятели? Открытки к празднику не пришлют, не говоря уже о том, чтобы где-то помянуть добрым словом. Я лично думаю, что Анатолий Александрович Осоковский вполне заслуживает звания «Почётный гражданин г. Городца». Кстати, он — потомственный городчанин, а есть у нас почётные граждане, не живущие в Городце.

Городецкий вестник, 1999 год