Инженер до мозга костей, человек неукротимой страсти, больше его, с точки зрения новых технологий, никто для завода не сделал.

А.П. Смирнов,
генеральный директор АО «ГСРМЗ»

Во славу Городца

В главном выставочном доме Нижегородской ярмарки проходила выставка «Река-94». Представители немецкой фирмы рекламировали свою технологию очистки корпусов судов от ржавчины, ракушек, водорослей. Элегантно одетые, в золотых очках, они демонстрировали яркие проспекты, оборудование, окрашенное в приятные цвета. И вдруг встает худощавый невысокий пожилой человек в немодном костюме и говорит, что господа немцы вводят публику в заблуждение, что технология их несовершенна. Немцы вежливо заулыбались и ответили, что выступающий некомпетентен в этом вопросе. Тогда Андрей Аркадьевич Санов, а это был он, ответил: «Даёте мне 7 минут, и я докажу, что я прав». И доказал. В результате речники немецкое оборудование не купили.

— Я ведь не просто так говорил, к этому времени около года занимался проблемой очистки корпусов судов, — рассказывает Андрей Аркадьевич. — Эта проблема возникла, когда наши суда начали выходить в море. В тёплых водах морей корпуса судов быстро обрастают ракушечником, водорослями, ржавчиной: снижается скорость судов, больше расходуется топлива. За очистку их в иностранных портах берут огромные деньги в валюте. Надо было осваивать эту работу у себя. Волжское пароходство за крупную сумму приобрело оборудование в Австрии. Два года мы с ним возились, приезжали наладчики, даже владелец фирмы. Астап Павлович Смирнов «подсунул» меня австрийцам. Смотрю, оборудование малопроизводительное, условия для работы жуткие. Оператор поработал 15–20 минут, вылезает из скафандра мокрый, грязный, усталый. Ржавчину они чистили с помощью воды. Говорю об этом владельцу фирмы, а он отвечает: «Так он же рабочий». Вот так у капиталистов: если рабочий, так и беречь его не надо. И так меня это заело, что я решил: надо внедрять свою технологию. Неужели мы хуже иностранцев? Быть этого не может.

Андрей Аркадьевич начал ездить по судоремонтным и судостроительным заводам. Ленинград, Выборг, Кривой Рог, Севастополь, Москва… Любознательность у него в крови, на новом ли производстве, на новом ли судне он всё облазит, осмотрит, дотошно выспросит. Крупицы опыта, как трудолюбивая пчела, тащил на свой завод, творчески его осваивал. Выбрал Андрей Аркадьевич плазменно-абразивный метод очистки корпусов. На заводе создали инициативную группу по внедрению этого метода. Андрей Аркадьевич сам встал за кульман. Больше месяца занимался проектированием.

— Люблю стоять за кульманом, — признался Андрей Аркадьевич. — Каким бы начальником не был, всегда у меня в кабинете кульман стоял. Опыт у меня уже был солидный, пересмотрел немало оборудования по очистке корпусов. Помнил слова австрийца и в первую очередь думал о создании нормальных условий труда для рабочих, а потом уже о производительности и качестве. В результате был создан генератор скоростного потока городецкой конструкции. Первые производственные результаты получили в январе 1995 года.

…1 июля 1996 года. В главном выставочном доме Нижегородской ярмарки работает выставка «Река-96». АО «Городецкий судоремонтно-механический завод» рекламирует свою технологию очистки корпусов судов. Для большей убедительности всех заинтересованных людей: представителей иностранных фирм, судоремонтных заводов, министерства повезли в Городец, чтобы на судоремонтной базе на практике показать городецкий метод. На теплоходе «Инженер Макаров» городчане показывали, как чистится самая тяжёлая ржавчина, чистится до чистого металла. Производительность — корпус «Волга-Дона» очищается за 20 суток. Рабочие работают в скафандрах, забор воздуха для них идёт не там, где пыль. Городецкий метод произвёл на приезжих большое впечатление. После этого начались звонки — фирмы просили продать оборудование по очистке корпусов судов.

Но продавать городчане не хотят. Это же перспектива по загрузке завода работой. Сейчас на базе стоят морские суда, потому что только в Городце могут чистить корпуса до металла и одновременно выполнять любой ремонт дизелей, электрики, движительно-рулевого комплекса. Завод от этого имеет хорошие деньги. На базу начали принимать рабочих.

— Это мне так нравится, — говорит Андрей Аркадьевич. — Я после семинара неделю именинником ходил. Очень жаль, что австрийцы не приехали посмотреть, как можно работать по-городецки. Наше оборудование значительно производительнее австрийского и условия труда для работы лучше. Вообще в нашем районе очень много талантливых людей. Вот празднуем мы день Древнего города. Это хорошо, что вспоминают князей, купцов, но и мы должны внести свой вклад, свою лепту во славу Городца.

Призвание

— Андрей Аркадьевич, сколько Вам лет?

— В октябре 78 исполнится. Удивляетесь, что работаю до сих пор? Мне ещё столько сделать надо, столько неоконченных дел, отдыхать некогда. На пенсии я просидел 8 дней, а потом снова на работу вышел, да так и работаю до сих пор. Человек рождён для нагрузки. Вот снимите с судна дизель, поставьте на траву, через три месяца развалится. Я считаю, что сравнение человека с дизелем вполне уместно. Я ещё в парную баню хожу, на верхней полке парюсь, на лыжах бегаю. В 1994 году мне предстояла тяжёлая операция язвы двенадцатиперстной кишки. Хирург Пономаренко боялся делать, всё же возраст у меня немалый. А я ему говорю: «Делайте, не бойтесь, я выдержу». Выдержал, как видите. Но и Геннадий Степанович — хирург от Бога. Копался в моих внутренностях, как хороший механик в дизеле. Я очень рад, что ему звание «Почётный гражданин Городца» присвоили. Сколько людей он спас!

— А что Вы закончили?

— Водный институт в 1941 году.

— А какой факультет?

— Механический, конечно, — Андрей Аркадьевич сказал это таким тоном, будто ничто другое его никогда не интересовало и интересовать не могло. — Люди делятся по призванию, вот меня всегда к железкам тянуло. Я могу часами с наслаждением копаться в сложных механизмах.

И не только копаться любит Андрей Аркадьевич, он любит усовершенствовать механизмы, технологии. Такими инженерами не становятся, ими рождаются. Но не сразу вышел он на свою стезю. Сразу после окончания института пришлось воевать с фашистами. Как водник, был он приписан к Балтийскому флоту, но в силу обстоятельств служить на нём не мог и стал артиллеристом. Калининский, Ленинградский, Первый Прибалтийский фронты. Освобождал Белоруссию, Прибалтику. Войну закончил в Литве, дивизия участвовала в ликвидации Курляндской группировки немцев. На фронте познакомился со своей будущей женой Александрой Петровной. Поженились они после демобилизации в 1946 году. Шурочка была москвичкой и привезла мужа к себе. Андрей Аркадьевич преподавал в Московском речном техникуме. Предлагали ему работу в Министерстве речного флота.

— Но так скучно мне стало, — говорит Андрей Аркадьевич, — всё одно и то же. Когда я приезжал на заводы, с завистью смотрел на инженеров, которые были заняты живым делом. Уговорил свою москвичку, и мы махнули с ней на Волгу в 1949 году, в Спасский затон, где в устье Камы был расположен большой старинный судоремонтно-механический завод. Там мне очень понравилось, 200 судов было приписано к заводу, мощные дизеля. Природа хорошая, жильё отличное получили. Прожили мы там 6 лет. Работал начальником механического цеха, потом начальником технического отдела. Но завод попал в зону затопления Куйбышевского водохранилища, коллектив начали расформировывать. Разбросали нас по всей Волге. Я попал преподавателем в Рыбинское речное училище. Но я уже хлебнул производства и преподавать мне было скучно. Попросился снова на завод. Послали в Тольятти на судоремонтно-механический завод. Был начальником механического цеха, главным технологом.

Когда заработали волжские гидроэлектростанции, начали создаваться новые предприятия. В Городце планировалось создать большой судоремонтно-механический завод с крупным флотом. Андрею Аркадьевичу предложили переехать в Городец в качестве начальника технической эксплуатации флота. Поскольку он родом из Горьковской области, из Лыскова, он решил переехать ближе к родным местам. Так 33 года назад Андрей Аркадьевич стал городчанином и ощущает себя им, как будто здесь и родился.

На месте нынешней судоремонтной базы ничего не было В 1963 году стали поступать крупные партии судов. Была интереснейшая работа. Андрей Аркадьевич возглавлял комиссию по приёмке судов из судостроения. При нём строились цехи, создавались участки по ремонту судов. С теплотой отзывается Санов о золотых головах и руках городецких механиков. Андрей Аркадьевич ездил по другим заводам, перенимал опыт, сам много занимался рационализаторской работой. Сколько у него на счету рацпредложений, он не помнит. Не зря присвоено звание «Лучший рационализатор речного флота». Вот некоторые из них: участок мойки и расконсервации деталей, ремонт средств судовой автоматики, систем управления с изготовлением уникальных стендов. Внедрение восстановления блоков главных двигателей судов дало колоссальную экономию средств. Проточка шатунных шеек коленчатых валов главных двигателей и многое другое. Конечно, работал он не один, всегда была команда, но Андрей Аркадьевич был и остается главным генератором идей, ибо им движет неукротимая страсть ко всему новому.

В 1980 году Андрей Аркадьевич попросил освободить его от должности начальника цеха технической эксплуатации флота, но завода не оставляет до сих пор. Должность ему определили — мастер, но занимается он сейчас вплотную своим любимым делом — внедрением новых технологий и новой техники.

— Я могу уверенно ходить по заводу, командовать, хотя и должность у меня маленькая, — говорит Андрей Аркадьевич. — Начальникам цехов это не всегда нравится, но терпят. У меня очень хорошие отношения с директором завода Астапом Павловичем Смирновым. Он меня всегда поддерживает, потому что сам любит всё новое.

Всё останется людям

За свою долгую и плодотворную жизнь Андрей Аркадьевич Санов удостоен многих наград. За войну — два ордена Красной Звезды, медаль «За боевые заслуги», за труд — орден Трудового Красного Знамени, медаль «За трудовую доблесть», звание «Почётный работник речного флота». В прошлом году ему присвоили звание «Почётный гражданин г. Городца». Этим званием он очень гордится. Но награды для Андрея Аркадьевича не главное.

— Есть такая пьеса «Всё остаётся людям», — говорит он. — Я считаю, что так и должно быть, мы обязаны оставить людям свои добрые дела. Я всегда испытываю удовлетворение от сделанного: «Вот это мы сделали, городчане».

Людям останутся не только дела Андрея Аркадьевича, но и внуки, которыми он гордится. Андрей Санов-младший, закончив физико-технический институт, заведует лабораторией в Лос-Анджелесе. Денис Санов, закончив суворовское училище, учится в высшем военном училище ПВО в Нижнем Новгороде на факультете радиоэлектроники. Наташа Санова окончила радиофизический факультет Нижегородского университета и продолжает учение под Москвой. Так что любовь деда к технике передалась внукам, только на более современном уровне.

Городецкий вестник, 1996 год