Родина Евдокии Николаевны Сукмановой — Ставропольские степи. Оттуда она вынесла гордую стать, твёрдый характер и нежную, отзывчивую душу. Нет, она не мечтала стать врачом с детства. Евдокию манили нехоженые тропы и удивительные открытия. И она поступила в геологоразведочный техникум, но геологом стать не довелось. На производственной практике тяжело заболела и лежала в маленькой больничке, где её лечили плохо и долго. Тогда и созрело решение стать врачом, но только непременно хорошим. Поступила в Дагестанский мединститут. Здесь вышла замуж и переехала в Пермь. Диплом получила уже в местном институте в первый год войны. Их выпуск послали на фронт, но у неё только что родился сын, и пришлось остаться.

Потом мужа перевели в Горький. Так Евдокия впервые увидела Волгу, которая стала потом её второй родиной. Покорила величавая русская красавица. И, когда после освобождения от фашистских захватчиков Ставрополья она поехала с семьёй в обетованный край детства, он неожиданно её разочаровал. Жарко, пыльно, нет полюбившегося русского леса… Муж — волжанин, тоже уговаривал вернуться. Так на «Горьковгэсстрое» в 1950 году появился новый главный врач. Молодость Евдокии Николаевны вначале не очень внушала доверия. Но скоро её энергия, непримиримость к недостаткам, внимание и чуткость к больным стали широко известны.

На её глазах рос и хорошел город, строилась больница. Евдокия Николаевна всю себя отдавала работе — лечебной, административной, общественной. Работе сугубо практичной, земной, в которой не было места романтике. Но стремление к романтике жило в её душе. Мечтала побывать в дальних странах, особенно привлекали её Италия и Египет. Она и не подозревала ещё, как близка к осуществлению её мечта.

В 1961 году Евдокию Николаевну вызвали в горздравотдел и предложили поехать в слаборазвитые страны. Чёрный континент, разрывающий цепи колониального рабства, экзотика тропиков. Не каждому выпадет увидеть такое. Дети выросли, дела в больнице налажены. И она согласилась.

В июле 1962 года врач Советского посольства Е.Н. Сукманова улетела из Москвы в Конго. Варшава, Брюссель, Милан… Через 13 часов её встречали в аэропорте Леопольдвиля. Она в южном полушарии, в тропическом городе! Экзотики в самом деле было немало. Жаркий, душный климат, тропические ливни… необычно яркие, огромные цветы… потрясающей красоты закаты… ящерицы. Бегающие по потолку комнаты… Негритянки в ярких национальных одеждах, несущие груз на голове. Потом присмотрелась и увидела мир, непривычный советскому человеку: роскошные виллы колонизаторов и плетёные хижины конголезцев, бешеную стоимость медицинской помощи.

Но Евдокия Николаевна приехала в Африку не туристом, она несла большую ответственность за здоровье и жизнь сотрудников Советского посольства, живущих в необычной обстановке. Негры о Советском Союзе не знали ничего, они проявили огромный интерес к стенду, оформленному сотрудниками посольства на выставке в Леопольдвиле, несколько часов стоя смотрели документальные фильмы. Но бельгийские колонизаторы и марионеточное правительство не хотели, чтобы конголезцы знали правду о Советском Союзе. Создалась такая обстановка осенью 1963 года, что Советскому посольству пришлось экстренно выехать из Конго.

И вот в этой предгрозовой атмосфере Евдокии Николаевне нужно было лечить сотрудников, покупать медикаменты, договариваться с госпиталями о стационарном лечении, о консультациях других специалистов. Надо сказать, что обаяние и авторитет советской женщины-врача делали своё дело. Ни разу не получала она отказа на свои просьбы, даже в дни, когда посольство сидело без электроэнергии.

После возвращения на Родину Е.Н. Сукмановой предложили поехать в другую страну, она отказалась — скучала о детях, о своей больнице, без которой уже не мыслила жизнь. Но Министерство иностранных дел не забыло о ней. И в 1966 году Евдокия Николаевна стала врачом посольства в Египте.

Египет… Он не разочаровал её. Древнейшая история и культура, пирамиды, неповторимая архитектура Каира — всё это было чрезвычайно интересно. Но не менее интересна была и сегодняшняя жизнь страны. Здесь жить было проще: много советских специалистов, оказывающих помощь арабам, дружелюбное отношение местного населения позволяло свободно передвигаться по городу. Да и работа была привычней, хотя объём её был больше. Евдокия Николаевна совмещала работу в посольстве с должностью главного врача поликлиники для советских специалистов.

В Египте пришлось пережить и страшные моменты. Она стала свидетелем молниеносной войны с Израилем в 1968 году. Каир нещадно бомбили. В городе, не подготовленном к войне, не имеющем убежищ, это было довольно страшное зрелище. Десять дней Евдокия Николаевна дежурила в поликлинике.

Через три года она уезжала на Родину. Высшей наградой за её работу были слова сотрудников посольства: «Евдокия Николаевна, при вас мы спали спокойно…» И снова родная больница, в которой, конечно, ждало её множество неотложных дел.

«Дело, которому она служит». Такой заголовок не случаен. Евдокия Николаевна Сукманова напоминает мне любимого героя из книги Ю. Германа «Дело, которому ты служишь» — доктора Устименко. Та же всепоглощающая любовь к медицине, к людям, к своей больнице… непримиримость и даже суровая беспощадность к недостаткам, к сотрудникам, допустившим халатность по отношению к больным.

— Мы отвечаем за жизнь людей, — говорит Евдокия Николаевна, — а значит, больница должна работать, как часовой механизм. Я хочу, чтобы жители Заволжья спали спокойно.

Ежемесячно в Заволжской больнице проводятся клинико-анатомические конференции, на которых обсуждаются истории болезней умерших больных. И уж не жди спуску тот врач, который допустил небрежность при лечении. Он будет отвечать за пренебрежение самым малым неиспользованным шансом, который мог бы помочь больному. Обижаются ли коллеги на резкость? Это Евдокию Николаевну не интересует, поскольку она превыше всего ставит дело, которому служит.

В больнице работает 70 врачей, а всего персонала — свыше 4000 человек. Но с огромным опытом Е.Н. Сукмановой эта работа не в тягость, а, как она говорит, в радость. Вообще этому можно позавидовать. Позавидовать её жизнелюбию, молодости духа, целеустремлённости. Моложавая, красивая особой красотой уверенной в себе зрелости, с пышной пшеничной косой вокруг головы, с молодыми, живыми глазами, она совсем не похожа на бабушку. А у неё уже четыре внука. Дети, кстати, предмет особой гордости Евдокии Николаевны. Дочь и сын у неё выросли отличными, мать для них — самый близкий друг, с которым можно всем поделиться. А это ли не радость для матери?!

Бывают люди, которые располагают к себе с первого взгляда, с первого разговора. Вот такое обаяние исходит и от Евдокии Николаевны. И оно наверняка не раз помогало ей на нелёгких, но интересных дорогах жизни.

«Да, жизнь прекрасна! Только, жалко, проходит», — вздыхает Евдокия Николаевна. Но впереди у неё ещё много дней и лет, и опыт, знания доктора Сукмановой принесут ещё немало пользы людям.

Городецкий вестник, 1971 год