Разгулов Николай Ильич

Считанные месяцы отделяют нас от светлого праздника Великой Победы. Близится её 60-летие. И среди тех, кто воевал в то далёкое время, с оружием в руках защищал свою Отчизну, были и есть наши земляки-городчане. Об одном из них и пойдёт рассказ.

У Николая Разгулова с детства были проблемы со слухом, поэтому и в армию его призвали не сразу. Так что до военной службы успел десять лет поработать и стать мужем своей землячки Маши Березиной. Больше половины из этих десяти — труд в затоне (позднее — судоверфь). Начинал с ученика столяра, продолжил сборщиком деревянных судов.

Окончив по направлению райкома ВЛКСМ в г. Горьком курсы пионервожатых, Николай работал в детском санатории. Это в Городце, на ул.Свердлова. Вскоре после начала войны здесь разместили малышей, эвакуированных из Ленинграда. И Разгулов остался без дела. Но райком помог ему с работой.

А мобилизовали Николая лишь в январе 1942 — признали годным к нестроевой. Начались для него этапы армейской службы на горьковской земле: столяр на военном заводе в Горьком, стройбат в Богородске, где сооружали завод по ремонту танков. Там же, в Богородске, очередная медкомиссия признала Разгулова годным к строевой службе.

— В конце 42-го я находился в Гороховецких военных лагерях, — вспоминает свою боевую молодость Николай Ильич.

— Начал служить в запасном стрелковом полку. А вскоре поступил приказ о наборе в школу сержантов. Из 400 человек на учёбу нас отобрали всего 80. Проучился я с полгода, получил звание младшего сержанта. По распределению зачислили в 441-й стрелковый полк 116 дивизии. Доверили командовать отделением.

— Летом 43-го наша дивизия находилась на очень ответственном участке фронта — Курско-Орловском направлении в районе Прохоровки. — Стояли мы в обороне, укрепляли позиции. И вот получили приказ о наступлении. 23 июля с вечера пошли вперёд. Слышны были крики: «За Родину! За Сталина!». Вместе с другими командирами кричал и я. А утром мы продолжили наступление. Тут меня и ранило в правую ногу. Мне повезло — медсанбат был от нас недалеко. Оказали помощь и на «кукурузнике» нас двоих раненых отправили в тыл. Помню и сейчас, как прилетели в какой-то посёлок, где без наркоза стали вытаскивать у меня из ноги осколки.

Привезли Разгулова в эвакогоспиталь в г.Умань, подлечили там, выписали и направили в запасной полк. Пеший путь был неблизкий. Правая нога у Николая распухла. На попутной повозке его и вернули в тот же госпиталь. И снова операция.

— Воевали мы уже на Яссо-Кишинёвском направлении, — продолжает ветеран. — Помню, рыли окопы, впереди река Прут. А это уже граница с Румынией. Шёл 1944 год. 20 июня вызвал меня к себе по телефону командир роты. Добирался к нему я ползком, под обстрелом. На пути взорвалась мина и меня ранило в голову.

Так я опять оказался в знакомом уже госпитале. Лечился месяца два, а потом начальник госпиталя майор Цитовский оставил меня у себя в качестве фельдъегеря — доставлять документацию о движении раненых в другие госпитали.

А после службы в эвакогоспитале в январе 45-го меня зачислили в 386 стрелковый полк НКВД, назначили помощником командира взвода. Находились мы в румынском городе Фокшани. И готовили нас к борьбе с бандеровскими бандами на территории освобождённой Украины. Как-то пришлось даже сопровождать эшелон пленных венгров на их родину.

В послевоенное время Николай Ильич в основном связал свою судьбу со службой в органах пожарной охраны. Больше 20 лет работал инструктором и старшим инструктором по профилактике, в том числе и в Городецкой ППЧ. При выездах на пожары многократно бывал в разных концах города и до сих пор знает в нём все улицы и переулки. Довелось Разгулову шесть лет проработать и в военизированной пожарной части Городецкой судоверфи — заместителем начальника.

Ветеран труда имеет награду «Отличник ВДПО» за активную работу в укреплении и развитии общества. Это не считая многочисленных поощрений в виде грамот, благодарностей и денежных премий.

Когда в 1976 году Николаю Ильичу назначили трудовую пенсию, он ещё лет десять продолжал работать на разных рядовых должностях.

Я уже упомянул о женитьбе нашего героя на землячке Марии Березиной. В тот год, когда его призвали (1942-й), в молодой семье родился первенец — сын Юрий. Он вырос и, получив высшее образование, стал биологом. До самой пенсии работал по специальности. Проживает с семьёй в г.Бор. Дочь Галина появилась на свет уже после войны. Она — педагог. Живёт и работает в Нижнем Новгороде.

Кроме двоих внуков, у Николая Ильича есть и внучка Аня — студентка, правнук Максимка. Своими внуками, как и детьми дедушка Разгулов доволен, гордится ими. Жаль только, что давно уже нет рядом его жены и друга Марии Ивановны.

— Жили мы с ней дружно, любили друг друга, — говорит Николай Ильич.

— Она не только воспитывала детей, вела домашнее хозяйство, но и 40 лет проработала в санэпидстанции, была ветераном труда.

К концу нашей встречи я спросил у старого солдата: а что больше всего запомнилось ему во время той далёкой войны?

Немного задумавшись, ветеран ответил:

— Был однажды под Прохоровкой страшный момент. На нашем участке обороны немецкие танки прорвались вперёд, смяли наши позиции и стали их прямо-таки утюжить, пытаясь раздавить, уничтожить нас, пехотинцев. Я и сейчас удивляюсь, что тогда каким-то чудом жив остался.

Несмотря на возраст, а Николаю Ильичу идёт уже 89-й год, и свою инвалидность, как следствие фронтовых ранений, Разгулов интереса к жизни не теряет. Он может и музыку по телевидению послушать, и местные новости узнать из свежей газеты. Хотя читать ветерану непросто — прибегает к помощи лупы. Кстати, Николай Ильич является в городе своеобразным рекордсменом. На почте и в редакции его знают как старейшего подписчика «районки» — с 1933 года(!). И если были у Разгулова 4 года без районной газеты в руках, то по весьма понятной причине — служба в армии и фронт.

…Знаками тех огненных лет, о которых вспоминал старый солдат, остались у него боевые награды — медали «За отвагу», «За победу над Германией…» и орден Отечественной войны II степени.

3 февраля 2005 года