Курсанты спецшколы Краснознамённого учебного отряда подводного плавания имени С.М. Кирова. В средине — Набойщиков Анатолий Ананьевич. Ленинград. Лето 1940 года

Старшине I статьи
Набойщикову Анатолию Ананьевичу

Великая Отечественная война, которую вёл со­вет­ский на­род про­тив немецко-фашистских захват­чи­ков, по­бе­донос­но за­вер­ше­на. Пос­ле су­ро­вой и напря­жён­ной фронто­вой ра­бо­ты и бое­вой учёбы на Чёр­ном мо­ре Вы по­ки­дае­те борт Красно­зна­мён­но­го крей­се­ра «Во­ро­ши­лов» и возвра­щаетесь на фронт со­циа­лис­ти­чес­кой стройки, к мирному созидательному труду.

…За долголетнюю службу в Военно-Морских Силах, за отличную боевую работу на корабле в период Великой Отечественной войны объявляю Вам Благодарность. Высоко держите честь и достоинство военного моряка-черноморца. Помните и не забывайте славные дела экипажа крейсера. Множьте славу нашего Краснознамённого корабля.

Желаю Вам, дорогой товарищ, здоровья и новых успехов на фронте мирного созидательного труда на благо и счастье нашей Родины, во имя торжества великих идей Ленина–Сталина.

Командир Краснознамённого крейсера «Ворошилов» ЧФ
капитан I ранга Е. Жуков
4 марта 1947 года

Среди многих наград и регалий для городчанина, бывшего военного моряка — черноморца А.А. Набойщикова процитированная здесь Грамота командира корабля, на котором он прослужил целых четыре года, особенно дорога, так же, как и боевая медаль адмирала Ушакова.

На секретных объектах

А судьбу свою с морем наш земляк связал 65 лет назад. В 1939 году с III курса Горьковского электрорадиотехнического техникума 18-летним юношей он добровольцем пошёл на службу в Военно-Морской Флот. И был определён курсантом в спецшколу Краснознамённого учебного отряда подводного плавания имени С.М. Кирова в г. Ленинграде. По окончании учёбы в конце июля 1940 года Анатолия Набойщикова направили на Черноморский флот.

Служил он в охране водного района (ОВР) на Константиновском равелине при входе в Северную бухту г. Севастополя. Специальность была интересной и для того времени секретной. А потом перевод на другой объект. В команде 15 человек во главе с главстаршиной. Служба проходила в постоянном напряжении, особенно в ночное время. Дисциплина была строжайшая, в обстановке взаимовыручки по принципу: один за всех, все за одного.

Далее давайте дадим слово самому участнику тех далёких событий и суровых испытаний.

В морской пехоте

22 июня 1941 года началась война.

Крым тогда был глубоким тылом. Я попросился на передовую и был направлен под Севастополь, где готовились бойцы в морскую пехоту. Почти полтора месяца мы ползали по-пластунски, осваивали новое стрелковое оружие.

В конце августа нас направили на оборону г. Одессы. Попал я в 1-й морской полк. Окопы наши располагались в районе совхоза «Софья Перовская». В первые дни было страшно, казалось, что каждая мина и пуля летит в тебя. Потом освоился. Против нас выступали румынские части. Помню их «психические» атаки. Пьяная орда человек 250-300, впереди барабанщик, трубач, прёт на наши окопы. Мы стреляли в этих вояк и клали их кучами, иногда доходило до рукопашной.

Румынские солдаты почти все с бородами, грязные, плохо обмундированные, у некоторых на ногах вместо обуви деревянные колодки. Трупы румынами не убирались и если ветер шёл в нашу сторону, то дышать было трудно. Были потери и среди наших бойцов. Вскоре румынское «воинство» сняли с позиций и на смену им пришли немецкие подразделения.

Пятого сентября наш морской пехотинец получает лёгкие ранения минными осколками в голову. В военно-морском госпитале г. Новороссийска ранения зажили быстро, но лечение задержалось из-за контузии. Молодой, здоровый организм победил и этот недуг. В роте выздоравливающих как раз формировалась бригада морской пехоты для обороны Москвы. В её составе в воинском эшелоне и двинулся Анатолий в путь.

На одном из разъездов во время длительной задержки эшелона морякам пришлось стать свидетелями трагической картины в небе. Три наших самолёта ТБ-3, возвращаясь с выполнения задания, были атакованы двумя «мессершмидтами». Все три были сбиты, но лётчики успели спрыгнуть с парашютами. Их всех фашистские стервятники и расстреляли на глазах у наблюдавших моряков.

Вскоре поступил приказ повернуть в сторону Ростова-на-Дону. Город этот оказался захвачен немцами, а через 10–12 дней освобождён от врага силами 9-й армии генерала Харитонова, в составе которой тогда воевала и 78-я бригада морской пехоты, где служил Набойщиков.

Потом моряки освободили ряд узловых станций и гнали немцев до города Артёмовска. А стоял уже ноябрь, погода днём слякотная, а по ночам мороз до 15 градусов. Легко одетые, в бушлатах и ботинках, при наступлении на открытой местности днём моряки несли большие потери. Анатолия, получившего переохлаждение ног и рук, направили в медсанбат, откуда попал он в эвакогоспиталь. Лечился в госпитале г.Балашова Саратовской области.

Плавучая крепость — линкор «Севастополь»

И снова вспоминает бывший старшина I статьи.

После лечения прибыл я в г. Поти и направлен на линкор «Парижская коммуна», впоследствии переименованный в «Севастополь». Это был флагманский, самый крупный корабль Черноморского флота. БЧ-1, куда меня определили, — это штурманская боевая часть. Пришлось в условиях боевых походов переучиваться, и стал я штурманским электриком.

Хорошо помню своих отцов-командиров. Линкором командовал капитан I ранга Ю.К. Зиновьев. Он был старейшим и одним из самых опытных командиров флота. Старшим помощником служил капитан II ранга М.З. Чинчарадзе. Этот грузин был настоящим фанатиком, влюблённым в море и свой корабль. Он был строг, но справедлив. Штурман линкора — капитан-лейтенант Дукельский. Мне очень помогли в освоении специальностью матросы БЧ-1 Шоршнев из Архангельской области и Смирнов из Ленинграда. Всегда с большим уважением вспоминаю о них, а также о своём друге-радисте БЧ-4 М. Павлове из г.Каменска. Он на корабле служил ещё с довоенного времени и во многом помогал мне стать настоящим моряком.

Условия жизни личного состава на линкоре — около двух тысяч человек—были трудными. Жили в тесных кубриках без иллюминаторов, на палубах. Спали на рундуках и подвесных койках.

В период стоянки корабля в Поти к нам с концертами приезжали многие выдающиеся артисты. На линкоре выступали Аркадий Райкин, Любовь Орлова, Тамара Ханум, Миров и Новицкий и многие другие. Артисты посещали корабли с охотой, так как было голодно, а моряки их всегда встречали радушно и, конечно, сытно угощали. Линкор — это бронированный корабль с четырьмя трёхорудийными башнями. Много противовоздушной артиллерии и другого вооружения. Это настоящая плавучая крепость. Походы к берегам противника с налётами на вражеские базы, обеспечение высадки десантов и другие боевые действия вписали золотые страницы в историю линкора «Севастополь».

Никогда не забудется один эпизод боевого похода линкора. Это было в конце 1942 года. После успешного обстрела баз противника корабль возвращался на свою базу в г. Поти. В море нас настиг шторм. Началась килевая качка. Температура была минусовая — 12–15 градусов. Пока шли, началось обледенение корабля. Палуба, мачты, башни, надстройки — всё покрылось слоем льда. Была объявлена аварийная тревога.

Все свободные от вахт матросы, старшины и офицеры с ломами, баграми, лопатами, кувалдами боролись с обледенением до кровяных мозолей. В течение 3–4 часов героических усилий моряков за борт были сброшены сотни тонн льда. Весь экипаж тогда ещё раз показал свои сплочённость и героизм. Корабль был спасён.

Это был последний боевой поход нашего линкора по обстрелу берегов Крыма. По данным разведки, а это сообщалось экипажу, кораблём было уничтожено много танков, артиллерии и живой силы противника.

Боевые походы на крейсере «Ворошилов»

Почти год прослужил Анатолий Набойщиков на линкоре, а затем был переведён на крейсер «Ворошилов», новейший корабль, спущенный на воду в 1940 году. И здесь молодой моряк встретил строгих, но справедливых командиров, нашёл хороших друзей и товарищей, которые помогали ему поскорее освоиться на новом месте службы. Среди них бывший старшина I статьи называет штурмана крейсера, капитан-лейтенанта Д.В. Амбокадзе, командира электронавигационной группы лейтенанта Олега Куфарева, старшин Глазкова и Смуреева, матросов Никанорова и Кобылана.

Боевые походы на крейсере совершались чаще, чем на линкоре. Запомнился ветерану войны героический поход корабля в осаждённый Севастополь. Об этом он и рассказывает.

Вышли мы из г. Батуми. На борт крейсера были погружены боеприпасы, оружие, продовольствие и более двух полков морских пехотинцев. К Севастополю подошли, как ни странно, спокойно, на рассвете. Отшвартовались к пирсу и быстро разгрузились. Приняли на борт раненых, женщин, детей, стариков — более двух тысяч человек. Ухаживать за ранеными и больными взялись матросы, медицинских работников на крейсере не было.

Вышли в обратный путь. Но не прошли и трети пути, как началась комбинированная атака немцев. С воздуха — самолёты и торпедоносцы, с моря — торпедные катера. Взрывы, грохот, фонтаны вспученной воды. Капитан I ранга Марков — командир корабля — вынужден был подняться на крышу боевой рубки, чтобы был лучший обзор, оттуда он и подавал команды рулевым и другим командирам. Отстреливались из всех орудий. А крейсер так кренило, что, казалось, вот-вот затопит. Корабли сопровождения — два миноносца — тоже вели интенсивный огонь по врагу. В этом бою были сбиты два самолёта и потоплены три катера.

Отбивались крейсер и корабли сопровождения от фашистов около часа. И всё-таки прорвались и прибыли в Батуми.

И ещё помнит Анатолий Ананьевич один эпизод.

Экипаж крейсера получил задание обстрелять один из нефтеносных районов Румынии — г. Сулину. Как позже прочитали в газетах — подожгли и взорвали нефтехранилища. По пути отразили несколько воздушных атак немцев. И вдруг взрыв страшной силы, потом ещё взрыв. Крейсер тряхнуло и раз и другой раз. Свет погас, связь нарушена, многое оборудование вышло из строя. Весь экипаж долго боролся за живучесть корабля. Оказалось, что крейсер налетел на минное поле. Возвращался корабль по магнитному компасу. После скорого ремонта крейсер «Ворошилов» снова наносил удары по врагу.

К родным берегам. Победа!

Навсегда запомнилось ветерану возвращение эскадры Черноморского флота на родную базу в Севастополь в 1944 году.

Сколько мы ждали этого дня, сколько мечтали о нём! И вот крейсер с флагами расцвечивания входит в родную бухту. Экипаж построен на палубе в парадной форме, играет корабельный оркестр. Бешено колотится сердце. Но где же город, белоснежный, утопающий в зелени Севастополь? Одни руины, обугленные скелеты зданий. И всё-таки нас встречали жители города, истощённые, кто во что одетые, но радостные. Вечером получили увольнение на берег. На Графской пристани люди обнимали нас, плакали от радости. А мы, «морские волки», припали к севастопольской земле, к её камням. И какой же тёплой и ласковой была эта родная освобождённая земля.

И вот наступил конец войны. Что творилось 9 мая 1945 года в Севастополе, описать невозможно. Объятия, поцелуи, слёзы радости, музыка, песни, пляски. Пришли мирные дни, в городе начались восстановительные работы, стали строить жилые дома. А для нас, специалистов флота, служба продолжалась.

После войны

Без малого два года после Победы служил ещё на флоте старшина I статьи А.Набойщиков. Осенью 1946 года ему довелось принимать участие в больших отрядных учениях. Тогда на них присутствовал Главнокомандующий Военно-Морскими Силами СССР, адмирал флота Н.Г. Кузнецов. Он непосредственно находился на крейсере «Ворошилов», поднял на нём свой флаг. И старшине команды штурманских электриков Набойщикову во время учений приходилось часто докладывать на штурманский мостик показания электронавигационных приборов. А на мостике вместе с командиром крейсера находился и Главнокомандующий, о котором у нашего старшины остались самые тёплые воспоминания.

«Это был двухметровый гигант с очень красивым и мужественным лицом и добрыми глазами. По окончании похода и учений Главком подошёл ко мне, пожал руку и поблагодарил за службу. Потом спросил, откуда я родом. Ответил ему: из Нижегородчины. Всё это стало неожиданным и в то же время было приятно, что адмирал обратил на меня внимание».

Демобилизовался моряк-черноморец в марте 47-го. Грудь его украшали боевые медали «За оборону Одессы», «За оборону Севастополя», «За оборону Кавказа», «За победу над Германией…». Это кроме уже названной в начале нашего рассказа медали Ушакова. Спустя годы ветеран получит и орден Отечественной войны II степени.

За жизнь свою в долгие мирные годы Анатолию Ананьевичу краснеть перед людьми не приходится. Вернулся в г. Городец, где двадцать лет без малого проработал на судоремонтно-механическом заводе. Как и многие, начинал с ученика слесаря, а вырос до начальника механосборочного цеха. Четыре года возглавлял заводской комитет профсоюза.

Здесь уместно упомянуть о большом увлечении бывшего моряка городошным спортом. Он достиг в нём немалых высот, входил даже в сборную команду СССР спортобщества «Водник» и принимал участие во всесоюзных соревнованиях. По инициативе Набойщикова городками увлеклись и на заводе. Команда заводчан на городских и областных соревнованиях не раз завоёвывала I и II места.

О долгом и честном труде Анатолия Ананьевича на Городецком СРМЗ сегодня напоминают знак отличника соцсоревнования речного флота, две Почётные грамоты министров речного флота. Имя его занесено в заводскую Книгу Почёта.

Четверть века трудился сегодняшний ветеран в Городецкой межколхозной строительной организации (ГМСО) — сначала мастером, потом старшим прорабом. Под его руководством бывшая деревня Матренино превратилась в городскую улицу, где было построено 20 жилых домов, магазин, административное здание. А в г.Заволжье старший прораб Набойщиков и его рабочий коллектив построили очень важный объект — механизированную перевалочную базу. Благодаря стараниям строителей и их прораба возник торговый центр в колхозе им.Куйбышева, спальный корпус на 100 мест в санатории «Городецкий», построены многие другие объекты в колхозах района.

Набойщиков Анатолий Ананьевич

За трудовую деятельность по строительству А. Набойщиков в 1977 году был удостоен ордена Знак Почёта. Имеет и другие награды и знаки отличия за труд. Среди них Ленинская юбилейная медаль и медаль «Ветеран труда».

Как и на прежнем месте работы — в ГСРМЗ, так и в МСО, а фактически всю свою трудовую жизнь бывший моряк-черноморец был активным членом Коммунистической партии, в которую вступил по боевой характеристике ещё в военном 1944-м. На заводе он многократно избирался в состав партбюро (позднее парткома). А на новом месте много лет возглавлял первичную организацию коммунистов.

После ухода на пенсию в 1981 году Анатолий Ананьевич работал на производстве ещё лет десять. Несмотря на преклонный возраст и недомогания, ветеран не замыкается на своих личных проблемах, а старается жить для других. Встречается с учащимися школ, допризывниками, выступает перед ними с воспоминаниями о службе на боевых кораблях в годы войны. Воспитывает у молодёжи патриотизм и любовь к родному Отечеству.

Есть у А.Набойщикова и хороший «тыл» — супруга Тамара Сергеевна, дочь Ольга Анатольевна — преподаватель Серковской средней школы, сын Олег Анатольевич — подполковник милиции, начальник ОБЭП Городецкого РУВД и внучка — десятиклассница. С Тамарой Силантьевой, будущей своей женой, наш моряк познакомился ещё в ноябре 45-го в г. Городце, во время своего краткосрочного отпуска. Они и поженились почти сразу же после возвращения Анатолия с флота. Тамара Сергеевна по роду деятельности была учительницей начальных классов, библиотекарем. Живут Набойщиковы вместе в любви и согласии вот уже 57 лет. Порадуйтесь за них, добрые люди!

Февраль 2004 года