Граф Панин Виктор Никитич
Граф Панин Виктор Никитич

Среди знаменитых российских фамилий род Паниных занимает заметное место. Сохранилось предание о том, что род их вышел в Московию в XVI веке из Италии. В XVIII веке братья Никита Иванович и Пётр Иванович Панины были возведены в графское достоинство Российской Империи. Никита Иванович — известный дипломат, воспитатель Павла I, Пётр Иванович — генерал-аншеф, талантливый военачальник. Сын Петра Ивановича Никита Петрович Панин — вице-канцлер, генерал-майор и камергер, был женат на дочери графа Владимира Григорьевича Орлова — Софье Владимировне, которой в своё время по наследству достался Городец. Детей у них было пятеро, но для нас особого внимания заслуживает личность Виктора Никитича. Именно он распорядился в 1845 году выстроить в Городце дом для управляющего вотчинами, и благодаря ему в нашем городе появилась красивая усадьба. Виктор Никитич приезжал в Городец всего один раз на несколько дней — в августе 1861 года в связи с отменой крепостного права.

Представим его облик по воспоминаниям одного из современников — Николая Петровича Семёнова: «Граф Виктор Никитич Панин был человеком выдающимся во всех отношениях из ряда обыкновенных людей. Он был огромного роста, который как будто увеличивался ещё от нестройности его фигуры (был сутуловат). Голос у него был внушительный бас. Речь была плавная. Он обладал изумительным и чарующим красноречием. Память у него была необыкновенная. Образование было классическое. Он обладал знанием обоих древних языков и легко усвоил себе все первоклассные европейские языки. Его начитанность была обширная, преимущественно в области изящной литературы и истории. Всю свою жизнь он особенно интересовался внешней политикой».

Многие, хорошо знавшие Панина, отмечали его образованность, высокую эрудицию, профессионализм, широкий кругозор, работоспособность, твёрдость в отстаивании своего мнения, верность престолу и императору; воля монарха была для него священна. Он щедро жертвовал деньги на благотворительные цели, выдавал из своих средств пособия бедным чиновникам.

Родился Виктор Никитич Панин 28 марта 1801 года в Москве. Первые годы детства молодой граф провёл в усадьбе Дугине (в Смоленской губернии) и воспитывался под наблюдением родителей. Отец его был одним из образованнейших людей своего времени, а мать отличалась не только образованием, но и высшими душевными качествами и щедрой благотворительностью. Родители, как было в то время принято, взяли ему гувернёра учителя, образованного немца Бютгера, под руководством которого Панин В.Н. был настолько хорошо подготовлен, что выдержал экзамен в Московском университете в 1819 году и тогда же поступил на службу в Коллегию иностранных дел. 12 лет провёл на дипломатической службе. Был знаком с Гёте. Образованность и светскость графа были оценены и в Париже. В Россию Виктор Никитич вернулся уже при императоре Николае I. В 1841 году император утвердил графа Панина в должности министра юстиции и генерал-прокурора. Более 20 лет находился Виктор Никитич на этом посту.

Граф Панин В.Н. отлично знал законы и был умелым руководителем. Он тщательно подбирал чиновников в свой аппарат, а также прокуроров и судей на местах. Однако работать с ним было исключительно тяжело, особенно лицам с независимыми взглядами. По отзывам современников, «в служебных отношениях являлся совершенным деспотом».

Как вспоминал князь Мещерский, «резкое отделение службы от жизни так было строго соблюдено графом Паниным, что он для разговоров со своими устроил у себя в двери кабинета окно, через которое разговаривал с семьей, чтобы никого из непричастных к служебному кругу не допустить в свой кабинет». Служебный долг своих подчинённых граф понимал однозначно — беспрекословное исполнение его повелений. Как министр юстиции и генерал-прокурор он безусловно заботился о правильной организации работы суда и прокуратуры, боролся с волокитой.

Тогдашняя Россия, по словам Константина Аксакова, была «черна в судах неправдой чёрной». Волокита и взятки, чиновничий произвол были притчей во языцех. Сам Панин считался человеком честным, в посторонних доходах не нуждался, так как наследовал от отца 12 тысяч крепостных душ, семь имений, недвижимость в Москве, Петербурге, Риге, Нижнем Новгороде, Казани, Ярославле, Костроме и Павловске. Но это не мешало Виктору Никитичу быть убеждённым консерватором.

Как истинный консерватор он был врагом любых изменений, а также убеждённым противником отмены телесных наказаний, доказывая, что эта мера преждевременна и не соответствует степени развития и образования народа.

В 1860 году Панин был назначен председателем редакционных комиссий по подготовке реформы, связанной с отменой крепостного права. Являясь убеждённым крепостником, но в то же время беспрекословным исполнителем воли государя, он довёл порученное дело до конца и даже был награждён орденом Святого Андрея Первозванного «за ревностную и полезную службу престолу и Отечеству в важных государственных должностях»…

Граф Панин Виктор Никитич
Граф Панин Виктор Никитич

Надо отметить, что граф Панин был чрезвычайно высокого мнения о своей знатности. Недоступный аристократ с изящными манерами и внушительной внешностью, он смотрел с олимпийских высот своего величия на простых смертных, как на «существа другого порядка творения».

Ежедневная прогулка графа Панина не лишена была оригинальности: каждый день по Невскому проспекту в пятом часу дня можно было встретить высокого старика, в пальто, в цилиндре, с очками на носу и с палкой всегда под мышкой. Прогулка эта была тем интересней, что все видели графа Панина, но он никого никогда не видел, глядя прямо перед собой в пространство. И когда кто ему кланялся, граф машинально приподнимал шляпу, но, не поворачивая и не двигая головой, продолжая смотреть вдаль перед собою.

Непрактичность и природная рассеянность породили в нём странности и сделали его большим оригиналом. Анекдотам, ходившим о нём в обществе, не было конца. Когда Герцен издавал за границей свой «Колокол» и предметом своего остроумия и насмешек избирал состоявших во власти лиц, он особенно не давал покоя графу Панину, а граф прилежно читал «Колокол» и, нисколько не раздражаясь против его издателя, довольно добродушно говорил состоявшему при нём бессменно директору департамента Топильскому: «Полезно и нам послушать иногда и прочитать, что о нас думают и говорят другие — здесь и за границей».

Графу приписывалось немало различных чудачеств. Существовал в своё время рассказ, что, оставаясь однажды на всё лето в Петербурге, когда его семейство пребывало за границей, граф стал тяготиться своим одиночеством. Тогда он поручил казначею департамента Министерства юстиции купить несколько попугаев поречистее и велел расставить их в клетках у себя по разным комнатам. Во время своих занятий, когда он вставал, чтобы пройтись по залам своей просторной квартиры, бывшей тогда в доме Министерства юстиции, попугаи начинали кричать и болтать. Это настолько утешало его, что он говорил, будто одиночество стало для него легче с тех пор, как у него попугаи, что он слышит у себя как бы живую речь и чувствует, что он не один, а как будто в семье.

Известен исторический курьёз под названием «По ком звонит колокол?». Если графу Панину нужен был курьер, он обычно звонил в серебряный колокольчик, который стоял на его письменном столе. По этому звонку курьер с молниеносной быстротой обязан был вырасти у порога кабинета и замереть в выжидательной позе. Однажды курьер на несколько секунд замешкался. Тогда граф вызвал к себе Топильского и, не повышая голоса, объявил ему: «У нас, в Министерстве, кажется, глухие: не слышат моего звонка. Командируйте чиновника в Валдай. Пусть он там приобретёт хороший колокол и привезёт его сюда».

Это распоряжение, конечно, было немедленно исполнено. Основательных размеров колокол привесили к потолку над письменным столом министра, а к языку его прикрепили длинный шёлковый шнур, конец которого венчался пышной кистью, болтавшейся наравне с головой сидевшего за столом. Когда граф хотел вызвать курьера, он дёргал несколько раз за шнур колокола, и по всему Министерству раздавался мощный трезвон произведения искусных валдайских мастеров.

Образ Панина В.Н., конечно, не ограничивается тем, что можно узнать из воспоминаний современников. Ведь граф был достаточно разносторонним человеком. Он был членом Императорского Вольного экономического общества, одним из старейших членов Императорского Русского географического общества (с 1846 года), почётным членом Императорского Археологического общества и был не чужд даже общей литературе. Так, выйдя в отставку, он написал книгу о княжне Таракановой, опубликовал исторические документы из своего семейного архива в «Русском архиве» и «Сборнике Русского исторического общества».

Женой Панина была графиня Наталья Павловна Тизенгаузен, статс-дама, внучка графа Палена, известного своей ролью в заговоре против Павла I. Виктор Никитич пережил своего единственного сына Владимира и стал последним из графов Паниных. Многие имения Паниных (в том числе городецкое) унаследовала его внучка Софья, которая умерла в 1956 году в Америке. Дочери Виктора Панина вышли замуж за графов Левашова В.В. и Комаровского В.Е.

Скончался граф Виктор Никитич Панин в Ницце 1(12) апреля 1874 года. Тело его погребено в Троице-Сергиевской пустыни близ Петербурга.

«Городецкий вестник», № 92 (14730)