Произведения Блинова Ивана Гавриловича являют нам замечательные образцы творческого подхода к традиции — подхода, обусловленного безупречным вкусом, опытом и блестящим знанием ремесла.

В конце 1900-х годов работа и свя́зи в среде старообрядческих предпринимателей привели Блинова И.Г. в Москву. Он не планировал оставаться в Москве надолго, однако обстоятельства изменились. Теперь летом домашние Блинова жили в деревне, занимаясь хозяйством, а зиму проводили в Москве. В Москве детей устроили в школу.

С начала 1909 по 1916 год (с перерывами) Иван Гаврилович работает в Московской старообрядческой книгопечатне, принадлежавшей беглопоповскому предпринимателю и коллекционеру Малехонову Л.А. Часть жалования Иван Гаврилович получал издававшимися книгами. В своём письме Вере Павловне от 14 (27 по н. с) января 1910 года Блинов сообщал:

Верашинька, я тебе послал почтой каноны и счета. Мелки каноны положили по десяти коп. <…> Книги, Вераша, продавай подешевле, как можно выручай деньги для расходов. За книги деньги в типографии платить не нужно. При ращете, когда кончу год, там мы с ним зделамся

[НИОР РГБ. Ф. 491. К. 4. Ед. 3. Л. 10–10об.].

Помимо основной работы в типографии, Иван Гаврилович занимался подработками, в числе его заказчиков был и Императорский двор. В письме жене от 12 (25) марта 1913 года художник, в частности, писал:

Меня сейчас рядят писать адреса пять штук или семь, Государю Императору, я выпросил по 30 руб. за адрес, ежели поряжусь, то зделаю по ночам, а в день я в типографие занимаюсъ, в типографие за стару цену 125 р. в месяц. Ежели поряжусь писать адреса, 7 адресов, то я могу заработать в одну неделю 225 р. Кроме жалованья типографскаго

[НИОР РГБ. Ф. 491. К. 4. Ед. 3. Л. 31].

Миниатюра и фрагмент текста «Слова о полку Игореве». 1912 год
Миниатюра
и фрагмент текста «Слова о полку Игореве».

1912 год


Прп. Феодор Студит за работой. Фрагмент миниатюры из «Жития прп. Феодора Студита». Рубеж XIX – XX веков
Прп. Феодор Студит за работой.
Фрагмент миниатюры из «Жития прп. Феодора Студита».

Рубеж XIX–XX веков

Лицевые манускрипты «Слова» за авторством Блинова известны тем, что являются первыми иллюстрированными списками «Слова о полку Игореве». Художнику нечего было копировать, не на что опереться: все миниатюры к рукописям от начала и до конца были созданы самим Иваном Гавриловичем, исходя из текста памятника и опыта работы со средневековой изобразительной манерой. Блинов И.Г. — единственный художник-иллюстратор «Слова», образцом для которого послужила русская средневековая миниатюра, то есть он иллюстрировал памятник так, как это мог бы сделать миниатюрист, живший в XVI–XVII вв.

С 1916 года Блинов трудится в «Товариществе скоропечатни А.А. Левенсон», выполняя заказы для Императорского двора. Художник был затребован в Царское Село, где три недели прожил во дворце у начальника Царскосельского дворцового управления князя Путятина М.С. За работу Блинов получил 500 рублей, золотую медаль на Андреевской ленте с надписью «За усердие» и письменную благодарность от императрицы. В том же 1916 году Блинов был мобилизован на службу в Полевой Царскосельский военно-санитарный поезд № 143 Её Императорского Величества Государыни Императрицы Александры Феодоровны.

В период прохождения воинской службы в Царском Селе Иван Гаврилович знакомится с рядом известных современников: художниками Шарлеманем И.А. и Наумовым П.С., поэтом Есениным С.А.

Социально-политические потрясения февраля – октября 1917 года застали Блинова в расцвете творческих сил и на пике карьеры: благоприятные арт-рыночные тренды и заказы от богатейших предпринимателей и аристократов, сотрудничество с известными художниками и покровительство высших сановников, престижная служба в Царском Селе и блестящие перспективы дальнейшей работы вместе с не менее одарённым сыном… — всё это исчезло буквально за несколько недель. Для новой власти его талант оказался чужд по своей природе. Тем не менее художник продолжал активно творить…

1918 год стал, пожалуй, наиболее плодотворным в творчестве мастера. В это время художник всецело отдаётся работе, находя в ней отдушину посреди хаоса и творящихся беззаконий. Острой ностальгией по «Руси уходящей» пронизаны такие его работы, как «Мудрость Менандра Мудрого», «Краткое нравоучение», «Слово на Рождество Богородицы», «Житие Анастасии Узорешительницы» — все они также были подарены Блиновым Румянцевскому музею. С сентября по декабрь 1918 года Иван Гаврилович вместе со старшим сыном Иваном трудится над созданием лицевой рукописи «Повесть Аммония мниха о свв. отцах, в Синае и Раифе избиенных», своеобразной аллюзии на происходившие вокруг события. В тот год созданы: миниатюры «Убиение Авеля», «Страшный суд» и цикл «Страсти Христовы». При новых правителях художник продолжает подписывать свои рукописи в традиционном стиле. Так, например, выходная запись «Мудрости Менандра Мудрого» гласит:

Сию книгу, Мудрость Менандра Мудраго, писал и рисовал кр. Ниж. г. Балахнинскаго у. Б-cкой вол. дер. Кудашихи Иван Гаврилович Блинов в лето 7426 — 1918. с перг. рук. XIV века, хранящейся в Императорской публичной библиотеке, в Петрограде. Во времена Советской власти

[НИОР РГБ. Ф. 491. К. 2. Ед. 3. Л. 44.].

Фрагмент картины «Симоне Ионин, любиши ли Мя». 1918 года
Фрагмент картины
«Симоне Ионин,
любиши ли Мя».

1918 год

В  1919 году он пишет картину «Симоне Ионин, любиши ли Мя?» (Ин. 21:15–17), образ которой, согласно воспоминаниям Ивана Гавриловича, нарисовался в его голове во время молитвы за службой.

14 марта Блинов И.Г. становится членом Учёной коллегии Российского Исторического музея. Для музея художник иллюстрирует «Повесть о Горе-Злосчастии», «Повесть о Савве Грудцыне» и «Повесть о Фроле Скобееве». В апреле Иван Гаврилович пишет «Автографию жизни моей» для представления в Архивную комиссию Городца. Совместно с хранителем рукописей Румянцевского музея Георгиевским Г.П. Блинов в качестве сотрудника того же музея приобретает и перевозит в Москву коллекции рукописных книг Прянишникова Г.М. и Овчинникова П.А., фактически спасая их от разграбления и уничтожения.

В марте 1920 г., после увольнения Смирнова К.П., Блинов И.Г. назначен директором и по совместительству научным сотрудником Городецкого краеведческого музея, одним из организаторов которого он являлся. Уже немолодой человек, Иван Гаврилович всецело посвящает себя работе по сохранению местного культурного наследия — спасению того, что ещё можно было спасти. В 1925 году художник по семейным обстоятельствам возвращается в родную деревню.

Во второй половине 20-х – 30-х годов Блинов сменил несколько профессий: работал в колхозе, был лектором и оформителем в сельском клубе, ответственным редактором выходившей в Городце газеты «Колхозный ударник», учителем в колонии. Постоянно находясь под подозрением властей, Иван Гаврилович то и дело возвращается к любимому занятию — переписке и оформлению рукописей: в 1926 году он работает над «Поучением об антихристе» прп. Ефрема Сирина, в 1929-м — над «Словом о полку Игореве», в 1930-х — 1940-х годах пишет для детей и внуков маленькие книжечки с канонами. Однако в новых условиях книгописный труд не только не приносит Блинову дохода, но лишь усиливает его репутацию «неблагонадёжного».