«Блинов Иван Гаврилович». Портрет работы Горячева В.Я. Холст, масло. 1985 год
Блинов Иван Гаврилович.
Работа Горячева В.Я.
Холст, масло. 1985 год

В городецком краеведческом музее представлены городецкие иконы XIX–XXI веков и рукописные книги изографа и художника Ивана Гавриловича Блинова.

Блинов Иван Гаврилович родился в 1872 году в старообрядческой крестьянской семье. Читать и писать он научился дома. В среде старообрядцев было принято бережно хранить и переписывать древние книги. Иван занялся перепиской книг уже в 14 лет.

В 1891 году Блинову Ивану исполнилось 19 лет и родители сосватали ему Веру Павловну, крестьянскую девушку 18‑ти лет, — давнюю знакомую Блинова. Помимо прочего, решение женить Ивана было принято его родителями ещё и с целью отвадить сына от книгописания, которое, как они считали, лишь отвлекало юношу от крестьянского труда. Хотя молодые люди и нравились друг другу, первые годы их совместной жизни протекали непросто, поскольку молодой жене так и не удалось отвадить Блинова от любимого занятия. Впрочем, со временем их отношения наладились…, и впоследствии немало тёплых писем [НИОР РГБ. Ф. 491. К. 4. Ед. 3. Л. 1, 5, 9, 18–18об.; К. 5. Ед. 3. Л. 1об., 2–3] будет написано Иваном Гавриловичем своей «Вераше» из разных мест, где ему приходилось работать:

Беру перо я залотое пишу писмо я дарогое, лети писмо моё възвивайся, и никому в руки нидавайся, только дайся тому, кто мил сердцу моему, — пишет жене молодой Блинов в сентябре 1900-го.

в другом письме:

Блиновы Иван Гаврилович и Вера Павловна, 1907 год
Блиновы Иван Гаврилович и Вера Павловна, 1907 год
Я не знаю как дождатся Христовой Пасхи и с тобой полюбоватся, и нихто не потушит горящей в моём сердце любви к тебе.

Почти каждое письмо супруге начиналось со славословия:

Здравствуй, нинаглядная моя и неоценённая Верашинька, Милая и дарогая моя супруга, Богом мне определённая. Посылаю тебе моя радость от всей души и сердца ниский поклон и заочно вас целую и ласкаю, мой цветик дарогой. Как тебя хранит Создатель и милует. Дай Бог тебе многолетнего здравия, а наипаче душевнаго спасения.

Вера Павловна отвечала:

Я вас жалею очень крепко, с ума несходишъ никогда, ни в ден, ни ночью.

в другом письме:

С детства навсегда лежишъ ты у моего сердечка. Я вас крепко полюбили навсегда, Ванюшинка, мой ты сокол дарогой. У меня серцо взвалновалосъ по тебе, голупчик сизокрылой, нинаглядно мой светок. Увидала писмо ваше, взвалновалас по тебе, Ванюша <…> Милой, мне вас хочется домой. Справить жить будем вместе. Дома будет лучше. Вокруг дому лужок хорошой — прокормимся.

В письме от 22 марта (4 апреля по новому стилю) 1911 года Блинов писал жене:

Ангел мой неоценённый, Верочка, ведь я тебя люблю с четырнатцати лет и люблю тебя страстно, сердечно, всею душею! <…> хотя я и изменил тебе в пылу моей буйной жизни (в этом прости меня, моя ласточка!), но тебя я никогда не разлюблял, ты всегда берёшъ пред всеми перевес.
Заставка и заголовок поморского стиля из «Беседы на лихоимцев» прп. Василия Великого. Рубеж XIX — XX вв
Заставка и заголовок поморского стиля из «Беседы на лихоимцев» прп. Василия Великого.
Рубеж XIX—XX веков

«Пуще всех художникоф»

Бóльшая часть манускриптов, вышедших из-под пера Блинова Ивана Гавриловича, переписана им полууставным почерком, в основу которого положены лучшие образцы полуустава XVI–XVII веков. Некоторые из рукописей зрелого периода творчества написаны художником различными видами стилизованного устава собственного изобретения. Иногда книгописец применял обычный устав, почти идентичный оригинальным средневековым образцам. Уставное письмо каллиграф употреблял лишь тогда, когда хотел подчеркнуть сугубую древность копируемого текста.

Инициал «Б». 1895 год

Блинов великолепно имитировал поморский полуустав выголексинских манускриптов. Блинов использовал различные виды скорописи и вязи. Скоропись Ивана Гавриловича близка образцам XVII столетия. Орнаментированная, вычурная, выполненная киноварью и золотом вязь носит изысканный характер.

В работах художника встречаются балканский, нововизантийский, тератологический и старопечатный типы орнаментов. Часто дизайнерское решение рукописи сочетало в себе декоративные элементы разных эпох, что требует от мастера не только соответствующего опыта, но и развитого чувства вкуса.

Для живописи блиновских манускриптов более всего характерно использование близкой к графике очерково-новеллистической манеры, типичной в позднесредневековой и в старообрядческой традициях: вначале чернилами рисуется контур изображения, которое затем заполняется красками. Становление этого стиля относится ко второй четверти XVI столетия и связано с книжно-рукописной деятельностью митрополита Макария. Предшествовавшая очерковой иконописная манера применяется художником в меньшей степени. Это закономерно, поскольку и выработанный Блиновым полуустав, которым переписано большинство произведений мастера, ориентируется на манускрипты эпохи Иоанна Грозного.

Рисунок Блинова тонкий, чёткий, виртуозный. Во многих и без того миниатюрных «картинах» прописаны мельчайшие детали. Обилие декоративных элементов в миниатюрах не создаёт впечатления перегруженности: художнику ведомо чувство меры. Сама живопись отличается изяществом и благородством, гармоничным колоритом, насыщенность которого от работы к работе варьируется. Из всех красок Блинов предпочитал темперу, но применял акварель и гуашь.

Любовь Клементьевна — мать Блинова И.Г. с внуками Иваном и Филаретом. Фото начала XX века
Любовь Клементьевна — мать Блинова И.Г. с внуками
Иваном и Филаретом.

Фото начала XX века
Мемориальная доска на здании Городецкого краеведческого музея
Мемориальная доска на здании Городецкого
краеведческого музея

Обычно для создания книг художник пользовался современной ему плотной высококачественной бумагой, иногда — бумагой начала XIX века или конца XVIII века; в редких случаях Иван Гаврилович брал средневековую бумагу с древними филигранями. Самым ярким примером подобного рода является одна из лицевых рукописей «Повести о Петре и Февронии Муромских», столь искусно стилизованная им под древность, что ввела в заблуждение исследователей древнерусского искусства и средневековой книжности, относивших её ко второй половине XVII столетия. Но Блинов не стремился создавать подделки: каждая работа, основанная на глубоком знании стиля и материалов соответствующей эпохи, была проявлением его таланта и никогда в точности не повторяла средневековый образец, всегда будучи авторской — подобной, но не тождественной. Кроме того, всевозможные упражнения в копировании старинных образцов всегда были неотъемлемой частью традиционной изобразительной культуры.

Своих книг Блинов, по видимому, не переплетал. Некоторые из переписанных им рукописей даже не сшиты, представляя собой отдельные тетради, а порой и вовсе листы. Переплёты манускриптов, созданных Иваном Гавриловичем, выполнялись владельцами его работ.

Войско Димитрия Иоанновича у стен Коломны. Фрагмент лубка «Ополчение и поход великаго князя Димитрия Иоанновича…» Между 1895 и 1900 годами
Войско Димитрия Иоанновича у стен Коломны.
Фрагмент лубка «Ополчение и поход великаго князя Димитрия Иоанновича…»

Между 1895 и 1900 годами