Что есть историческая память? Точное изложение событий прошлого, в котором почти нет героев, а только убийцы и жертвы? Или это — преломление нашего отношения к прошлому, даже больше — наша мечта о будущем?

Если принять последнюю точку зрения, то одновременно с как можно более глубоким и вдумчивым изучением фактической истории, нужно дать ей формальную оценку из настоящего времени — например, сказать, что массовое убийство граждан есть… массовое убийство граждан — то есть совершенно противозаконная акция.

Изучайте великий путь партии Ленина-Сталина!

В конце 1950-х – начале 1960-х комитет партконтроля (комиссия Шверника) — собрал 64 тома документов ЧК-ОГПУ-НКВД-МГБ, КПСС (в т.ч. подписанные Сталиным, Молотовым, Кагановичем). По недосмотру уцелел только их полный перечень. По этим документам было установлено, что только с 1935 по 1941-й годы репрессировано 19 млн. 840 тыс. человек, из них расстреляно больше 7 миллионов. Сколько погибло в лагерях, точно установить не удалось.

Поэтому в современной России не может быть памятников Сталину, никаких мемориальных досок его имени. Нельзя почитать его память, и надо найти и похоронить мёртвых, им убитых. Страна должна чтить память жертв и не оправдывать палачей, даже если у тех есть какие-то «исторические» оправдания, иначе можно будет оправдать палачей будущих.

Должен быть закон против памятников палачам, даже тем, кто очень давно мёртв и почти забыт. От этого такие памятники не становятся безвреднее, их патина липнет к душам, туманит зрение, искажает перспективы и горизонты.

Люди, умершие в ссылках, лагерях, в изгнании или в расстрельных траншеях, должны быть внесены в национальный мартиролог. Память жертв должна чтиться выше, чем память об убийцах.