Идея в общих чертах проста — создать в российской глубинке базу для духовной практики. На нашей Нижегородчине сотни полузаброшенных деревушек, где почти не осталось жителей. Можно выбрать такую деревню, купить несколько домиков (на первом этапе) и создать что-то вроде турбазы-монастыря, куда можно приезжать на время отпусков или каникул для духовной практики, устраивать семинары, встречи и т.д.

Я полагаю, что такой центр должен быть открыт для всех, лишь бы не было чёрной магии, и всё это не превращалось бы в беспорядочную и бессмысленную тусовку. Насколько я понимаю, практика не обязательно опирается на упорядоченную методику. И в Йоге — это в первую очередь спонтанное движение сознания, которое опирается на внутреннюю связь с Иерархией и контакт с тонкими энергиями. Так что такая уединённая база была бы полезна и для йогов — для исследования себя и окружающего мира, для проведения семинаров, обмена опытом.

Такой монастырь не приведёт к бегству от мира и его борьбы, скорби, трудов. К примеру, тот же Шри Рамакришна советовал время от времени уединяться для более интенсивной практики. Интересные замечания можно найти и в книгах Агни-Йоги…

Так что это к тому же реальный проект «помощи окружающим».

Лучше такую базу создавать за городом. Даже в таком небольшом и достаточно чистом (с точки зрения энергетики) городке, как Городец, действует груз прошлого, преобладают вибрации непросветлённого житейского бытового сознания (и монастырь, который здесь сейчас создаётся, скорее станет административным, чем духовным центром православия). Понятно, что йоги должны преобразовывать всё это в нечто более совершенное, открывать доступ эволюционным энергиям и т.д. Однако некоторые особые духовные состояния в такой среде не доступны. В мегаполисах ситуация ещё сложнее. Так что поселение, созданное в подходящем месте на природе, позволило бы приобщаться к более высоким состояниям сознания, приобретать новые силы и знания, с которыми потом можно возвращаться в города и продолжать работу по совершенствованию этого мира.

С древних времён люди, ищущие духовного совершенства, стремились уйти в уединение, подальше от суеты тех, кто озабочен только ценностями этого мира. Также с давних пор ищущие истины стремились объединяться в общины, в которых духовные устремления сливались и с большей силой служили на пользу их членам.

Такое самоизгнание из общества обусловлено было, с одной стороны, потерей интереса к духовным идеалам в этом самом обществе, а с другой — тем, что для продвижения на духовном пути нужны порой особые условия, которые трудно воссоздать в хаосе будничной жизни.

Нередко можно услышать в адрес обитателей монастырей обвинение в духовном эгоизме, нежелании помогать страдающему человечеству. Однако… Если миллионы человеческих существ не считают духовность ценностью, то навязывание духовного богатства превратится в насилие над свободной волей, что никак не вяжется с духовностью. А в удовлетворение чисто материальных, плотских желаний духовный человек обнаружит больше зла, чем пользы. Так что помощь из внешне изолированных обителей сводилась к незримому просветлению, преображению, поддержке лучших движений человеческой природы.

Сейчас, когда интерес к духовности в обществе начал расти, когда йоги вместо горных пещер предпочитают «пещеры» городов, понятие и сущность монастыря может быть пересмотрена.

Две вещи остаются неизменными — в уединении возможен особый духовный прогресс, и объединение усилий приводит к качественному их росту, созданию аккумулятора тонких энергий. А вот отношения монастыря и широкого мира могут быть пересмотрены.

Многочисленные ищущие Истины, рассеянные по городам и сёлам, сражающиеся с невежеством, опутанные сетями ограничений и невозможностей могли бы найти поддержку в таких монастырях. На некоторое время отказываясь от повседневных обязанностей, в условиях монастыря они могли бы обрести новые силы и возможности для исполнения своих задач в миру.

Таким образом, одна из задач монастыря в новых условиях — это своего рода работа энергоустановки, явным образом продвигающей человечество по духовному пути. Здесь можно также отдохнуть и набраться сил перед новым участком пути.

Йога и сектантство

В современной России, как мне видится, есть тенденции превращения Йоги в секту. Причём не в восточном смысле этого слова, где секта означает не нечто изолированное, застывшее, полумёртвое, а потому вредное — она на Востоке скорее является одной из многочисленных ветвей на живом дереве религии, выражающий некий частный опыт, особо интересный для большей или меньшей части адептов; у нас всё грозит пойти по самому худшему сценарию.

Одна из характерных тенденций, вызывающих опасения — догматизация учений. Никогда учения Йоги не были мёртвыми догматами, не подлежащими обсуждению, как это сложилась в христианских церквах. Положения Йоги — это осмысление опыта, полученного тысячами подвижников в течение бесконечных веков. И оно развивалось из столетия в столетие, учитывая новые условия жизни. Что же мы видим зачастую? Начинается апеллирование к авторитетам (Н.К.Рерих писал то, Е.И. сказала сё, Вивекананда считал так то), которое не подкреплено личным опытом, всё опускается до интеллектуальных спекуляций. Расширение сознания заменяется эрудицией, искреннее стремление к Истине — верноподданническим почитанием великих Йогинов прошлого, собственный поиск — цеплянием за плохо понятые, попугайски повторяемые афоризмы и т.д.

Среди причин этого процесса можно назвать несколько.

У нас в обществе господствует рабский менталитет, который, к сожалению, глубоко сидит в национальном сознании и пронизывает все сферы деятельности. И Йога здесь не исключение. В этот комплекс входит и неумение самостоятельно мыслить, неумение и боязнь принять на себя в полной мере ответственность за собственную жизнь, усугубляемое страхом некоего эфемерного наказания, и, как ни странно, стремление правдами и неправдами возвысится среди других рабов в глазах господина.

О последнем хотелось бы сказать особо. Потому как эта позиция создаёт иллюзию силы, хотя и держится на пустоте человеческого эго. Именно эго заставляет некоторых накапливать интеллектуальные знания, поражать собратьев по учению «непомерными» знаниями и фантастическими рассуждениями, создавая из словесной мишуры мираж Джняны. Другая категория пускается в организаторскую деятельность, проводя семинары, создавая группы и т.д. Оба этих типа пребывают во взаимовыгодном симбиозе. И именно они закрывают подлинную Джняну облаком пыли из правильных слов и дел, но … не подкреплённых ничем Свыше. А это для Йоги — не имеет большой ценности (если не сказать, что несёт вред).

Опаснее всего, когда такая деятельность сопровождается полузнанием (имеется ввиду в духовном смысле), без должного различения истинного от ложного. Нередко полузнание сопровождается уверенностью ограниченного разума, ухватившего отблеск Истины, а ограниченность консервируется самоудовлетворённостью сердца, увлечённого активностью среднего витала. Впрочем варианты конфигурации адхара могут быть и другими.

Место Йоги в России

В Индии место Йоги в обществе хорошо понятно. Она естественный продукт индийской культуры, вернее даже сказать, что Йога в Индии является одним из культурообразующих факторов. Другое дело Запад. С самого своего появления там, Йога пытается занять какую-то нишу в обществе, оставаясь уже в течение столетия инородным телом.

В России Йога насчитывает и того меньший срок жизни. Если не принимать во внимание подпольный период её жизни в России до конца 80-х годов XX века, когда это учение было доступно очень ограниченному кругу диссидентствующей публики, то речь идёт о двух десятилетиях. И тем не менее за этот короткий период Йога получила на пространстве бывшего Советского Союза феноменально широкое распространение. И при этом её социальный статус остаётся не прояснённым.

С одной стороны, мы видим немало одиночек, которые не стремятся внешним образом проявлять свою принадлежность к Йоге, довольствуясь личной практикой и воздействием на общество внутренне. Понятно, что этот процесс будет происходить автоматически в силу того, что практикующий Йогу будет являться членом общества и участвовать в различных его институтах. Но такое внутреннее действие раньше или позже начнёт трансформировать всё общественное устройство, и Йога должна будет приобрести некий социальный статус.

Другая часть адептов не доверяется одной лишь внутренней силе — сознательной или неосознанной, подобной естественному аромату цветка — использует организационные способы для придания Йоге некоего статуса в обществе. Возникают образования подобные существовавшим ранее кружкам по интересам, общественным организациям или даже поселения-общины (последнее явление пока самое невнятное). И всё это далеко и по форме и по содержанию от того, что происходит на родине Йоги.

Так что пути, по которым будет развиваться Йога в России до сих пор не определились. Понятно, что ни кружковщина, ни статус общественной, а тем более религиозной организации неприемлемы, перерастает она и индивидуальный принцип. Обычное прямое копирование индийских форм также не пригодно, потому как это будет выглядеть убогой заплаткой на платье национальной культуры. Последнее особенно заметно на обществе Сознание Кришны, где цепляние за атрибуты культа подчёркивает сектантскую сущность организации.

Потому и остаётся открытым вопрос — каково место Йоги в России?

О проблеме лидера

Монастыри интересны не сами по себе, а теми, кто живёт в них. Как говорил св. Серафим Саровский, что монах без сердечной молитвы, как чёрная головёшка. И не мало было и есть монастырей, где духовная жизнь погребена бесплодным песком.

Монастырь оживляет Мастер Йоги, а лучше когда это братство Мастеров, подобное Великой Гималайской Общине. Поэтому и проект «Новый монастырь» возможен при наличии хотя бы одной весьма продвинувшейся на Пути личности.

Возникает закономерный вопрос, есть ли такие?

На разных сайтах периодически вспыхивают обсуждения, как найти Учителя, есть ли где-то просветлённые Йоги. И все эти диалоги выглядят чаще всего жалко, убого, бесполезно.

Древнее правило, что когда ученик готов — Учитель приходит, действует и сейчас. В этом могли убедиться те, кто уже нашёл своего Гуру. Если есть готовность, то внешних и внутренних препятствий нет, союз возникает легко и естественно. И в самом деле, уж если Всевышний создал на этой планете тех, кто желает учиться, уж наверняка Он позаботился и о тех, кто может научить.

Другое дело, что некоторые кандидаты не видят и не чувствуют Учителя, при этом заявляя претензию на ученичество. Здесь вопрос в другом, а готов ли ученик? Ответ — нет. Кандидату нужно обратиться прежде всего к самому себе, себя проверить на готовность. И тогда на искренний зов будет получен ответ, и может статься — Учитель совсем рядом.

Конечно, есть категория стремящихся по Пути, которые заявляют, что не нуждаются в человеческом Гуру. Это другое. В конце концов, каждый сам решает, как будет добираться к Золотому Берегу Запредельного…

Так что реализация проекта «Новый монастырь» связана ещё и с искренностью искателей. Если будет подлинная потребность в духовной помощи, то и монастыри нового типа как центры духовного обогащения начнут возникать.

У некоторых существует иллюзия, что сама жизнь тем или иным способом изменит сознание людей, приведёт их к духовности.

Почему изменение сознания ставится в зависимость от экономических, политических и других внешних изменений? Все великие катаклизмы XX века не привели к массовому просветлению. С какой стати новые должны что-то изменить ИМЕННО В СОЗНАНИИ, а не в образе жизни или бытовом мышлении?

Община без духовной основы, без практики Йоги — это очередной колхоз, который воспринимается как обуза для его членов.

А все пророчества об очередных грядущих катаклизмах… да каждое тысячелетие начиналось ожиданием конца света, если собрать все аналогичные пророчества, то у нас всё должно было кончиться несколько тысяч раз.

Мне кажется, что вместо того чтобы выдумывать небылицы об очередном конце чего-то-там, лучше глубже ознакомиться с возможностями Йоги как для отдельного человека, так и для мира в целом. Таким образом и человек, и мир смогут стать лучше, и катаклизмы минуют или ослабнут.

Нужно развивать внутреннее видение сущности происходящих на земле процессов, сущности процессов в человеческом сознании, тех ресурсов, которые есть за пределами обыденности, и вовлекать эти новые возможности и реальности в круг человеческой жизни. Таким образом и совершается эволюция.

Что мешает нам создать такой монастырь? В нас часто живёт страх потерять бытовые удобства, положение в обществе, наши маленькие или большие достижения в профессиональной сфере, на которые было потрачено энное количество лет, понятные и близкие перспективы новых достижений. А здесь путь в неведомое, как у Колумба. Плыть в Индию, попасть в Америку…